Цитаты из книги Заступа

— Нет ничего опасней красивой бабы, – поделился житейской мудростью Рух. – Ну, кроме красивой бабы, встреченной ночью на проклятом болоте.

— А я из тех дураков, твердо уверенных, что хорошесть и нехорошесть не определяется хвостом, цветом шкуры или количеством глаз. Я даже знавал парочку приятных в общении оборотней, культурных, милых и обходительных. Ни ты, ни твоя мертвая бешеная сука к ним не относитесь.

— Э-э, ммм… – Страховидло задумалось. – Э-э, п-п… П-памяти нет, отшибло…
— Пить надо меньше, – посоветовал Рух. – Давай вспоминай. Имя, коим при крещении нарекли. Ну или при обрезании, хер тебя разбери.

Прекрасный мир, где матери торгуют детьми, а голод, болезни и войны косят народ? По мне так вышел совсем неплохой ад.

Камень и болото – метафора всякого жизненного пути: побарахтаешься в жиже вонючей без всякого толка и тонешь, не оставив о себе никакого следа

Ого, никак здравый смысл победил. Неожиданная херня.

Лучше обиженным жить, чем не обиженным с апостолом Михаилом на райских вратах душеспасительные беседы вести

А кум врать не будет, честнейшей души человек, если и врет, то только попу на исповеди, и то во спасенье грешной души.

В радости скрыты слезы, в смехе таится злость"

"Мне срать, есть вера у тебя или нет. Руку под рясу запусти и проверь, если яйца на месте, можно и без веры в Бога прожить. Мужиком будь, тогда и Господь поможет, соплежуи ему ни к чему"

Человек сегодня один, завтра другой, и хер знает, чего от него ожидать. Свобода воли и прочая дребедень, один вдруг в дерьме начинает видеть тайные письмена, второй бабой прикидывается, третий себя запекает в печи. Всяк со своей придурью.

С богами вообще надо держать ухо востро, как с торговцами рыночными. Один перерождение обещает, второй райские кущи, третий сладкую жизнь, а пока не помрешь – не проверишь, хитро устроено.

– Одним глазиком и вижу теперь. Нет ли у тебя, Заступушка, зелья от глаз?

– От глаз есть, – ухмыльнулся Бучила. – Как намажешь, глазки и выпадут, ни забот, ни хлопот.

– Живы купцы-то остались? – хмыкнул Рух.

– Живы, – кивнул Федор. – Чего им сделается? Люд у нас добрый, если кого и убьют, то долго себя после злодейства казнят, аж до обеда.

Чем грамотней человек, тем больше с башкой нелады.

Ад мой тосклив и печален. Вокруг тьма, внутри палящий огонь. Чужой болью притупляю свою, каюсь и тут же душу рогатому продаю. Ни надежды, ни мечты, ни желаний. Сам себе Сатана.