Uncle's Dream

Год примерно назад был я в Третьяковской галерее и обратил внимание на известную картину «Неравный брак» Василия Пукирева, которую ранее, понятно, видел только на репродукциях. А картина-то немаленькая, под два метра в высоту. И все подробности, скрадываемые в размере картинки, в подлиннике явлены во всем своем великом безобразии. Старик венчается на юной девице — и все сдерживаемое похотливое самодовольство этой развалины и вся неизбывная горечь девушки, ее покорность, написанные на лице. И прочие гадости наших свадебных ритуалов — все слишком жестко и обнаженно в своей правде так и бросается в глаза.

Подобная же трагедия едва не произошла в богоспасаемом городе Мордасове. Разве что Зинаида Афанасьевна Москалева, несостоявшаяся невеста, не того сорта была девица, чтобы горестно опускать очи долу. Она боец, девушка с чертом, провозвестница таких дерзких бунтарок, как Аглая Епанчина, Лизавета Тушина и Катерина Верховцева.

Однако, пусть сюжет и взят Достоевским из водевиля. Темы выявленные и явленные в повести слишком обширны, чтобы считать ее чем-то проходным, забавным пустячком, а то и вовсе «неудачей» автора. Да 99,999% авторам в принципе не удастся достичь такого уровня мастерства, что проявил Федор Михайлович в этой безделке, писанной нехотя и второпях.

Нравоописательная часть повести поражает своей актуальностью. Это просто сконцентрированный микс той бытовухи, что окружает каждого из нас повседневно. Сплетни ,склоки, битва мелких амбиций, желание урвать кусок послаще и попроще пройти через узкое место. Человек редко живет на высоте эмпирей духа, в основном хлопочет. Вот эти-то ужасные, смешные, дикие и обыденные хлопоты Достоевский и вскрывает как механизмы жизни. Вот ,мол, полюбуйтесь на самих себя! Как живете! Ну да ,мерзковато становится. Приосанишься, сделаешь на одну гадость меньше. Уже автор не зря старался.

Но есть в повести линия более критическая, и для нас злободневная увы. Социально-политическая. Повесть предреформенная, описывает конкретное время после катастрофы Крымской войны. И причины, к ней приведшие, столь вопиющие, что явно выразились и в этой легкой шутейной повестушке.

Старый маразматик князь К. покупал себе накладные волосы и парики. И купил такую же накладную бороду своему ямщику Фелофею ,а у того самого родная борода в два раза обширнее. Князь приказал сбрить и надеть накладную. Для беззащитного Фелафея это была целая трагедия. Причем произошло это накануне поездки в Мордасов. Так что может быть действительно неслучайно кибика князя перевернулась ,а сам он чуть не убился.

Также князь вспоминает своего крепостного слугу Селифана ,который сбежал от него в Германии. А потом князь встретил его в Париже под ручку с очаровательной девицей. Селифан имел вид самый респектабельный и важно раскланялся с князем.

А сбор самых важных кумушек в городе, которые уже несколько месяцев не могут организовать благотворительную постановку. А душераздирающая история любви нищего учителя и поэта и гордой дворянки Зины Москалевой.

Все это черточки, которые складываются в неприглядную, а точнее, чудовищную картину угнетения, рабства, человеконенавистничества. Кучка паразитов после смерти Петра Великого захватили власть в стране и сосали из нее все соки, пуская доходы, тяжким трудом добытые народом, на брюлики, шмотки и поездки по заграничным курортам. И тянули Россию в выгребную яму всеобщей гибели.

Наверняка, Достоевский о таком не думал, да и царской цензуре ничего подозрительного в повести не увиделось. Но Федор Михайлович был крепкой выучки критический реалист. Поэтому нам из сегодня понятно, читая этот страшный документ, что итог похождений всех этих князей-маразматиков и генералов с аксельбантами был закономерен. Россию от них удалось спасти, но какой дорогой ценой!

Вот цена за запоздалые реформы.

Персонажи повести великолепны и многогранны. Целая плеяда ярких индивидуальностей. Остановлюсь на г-же Москалевой и ее дочери.

В первых же строках повести Достоевский представляет Марью Александровну Москалеву как провинциального Наполеона Бонапарта. И дальше виртуозно проводит эту аналогию через все перипетии происходящего — она действует решительно, напористо, ввязывается в драку, а потом смотрит по обстановке. Она блестящий тактик, и никакущий стратег. И даже поражение терпит грандиозное на своем собственном Ватерлоо. В общем, видно, что фигура Наполеона очень интересовала Достоевского задолго до создания «Преступления и наказания», и он отлично разбирался в его биографии и характере. И гениально смог воплотить это в образе провинциальной дамы.

При этом г-жа Москалева совершенно шекспировский тип, просто новое явление чудовищного Ричарда Глостера, только в юбке.

Дочь ее Зина самовольница и бунтарка, и поумнее матушки будет ,однако не это привлекает к ней пристальное внимание. Более поздние героини ФМД, инфернальницы и истерички, более относятся к сфере духа, чем к сфере обыденности. В них влюбляются, но решительно непонятно за что. Наверно за тот самый пресловутый богатый духовный мир.

Зиночка же очерчена едва ли не пером Ренуара. Это существо из плоти и крови, пылкая и провоцирующая с первого же взгляда мужчин на то, чтобы воспылать к ней страстью. И Достоевский крайне убедителен, давая ее портрет в движении. Возможно был прототип, уж слишком зримая красотка получилась. Ну, и душевная осанка прекрасна.

Как написано. Гениально, чего уж. Но тут хотелось посетовать на досадное разделение истории литературного процесса в России на гоголевскую и пушкинскую школу, довольно долго довлеющее в нашей науке. Сатира и сугубый реализм. Но вот в «пустяковом» «Дядюшкином сне» Достоевский виртуозно сочетает обе эти традиции. Повесть насыщена реминисценциями из Гоголя, есть просто потрясающая «сцена вранья», да и не одна. И как уже верно было замечено, финал повести — чисто пародийная аллюзия на финал «Евгения Онегина». (И кстати, стало понятно, откуда в Пушкинской речи Достоевского взялся «старик-генерал», за которого якобы вышла Татьяна Ларина. Ведь у Пушкина муж-генерал — ровесник Онегина. Перепутал Федор Михайлович с собственным сочинением))

В общем ,если делать подробный анализ этой «пустяшной» повести, то можно извлечь большие объемы обогащенной литературной руды, лучащейся чистой гениальностью. Только черпай, да пользуйся.

П.С. Кстати, г-же Москалевой Достоевский адресовал чистую психологическую максиму в совершенно французском духе: «Тирания есть привычка, становящаяся потребностью». Я даже проверил — может, цитата? Нет. Его идея, к которой он потом еще возвращался. Он и так — глубоко, тонко, лапидарно — умел.

Когда Я слышу фамилию "Достоевский", в Моём воображении появляются картины осенненего Петербурга, обшарпанных стен, волооких бледных барышень, темных уголков церкви и чадащих лампад, картины грехопадения и раскаяния, происходящие под неусыпным присмотром сурового, но справедливого Бога.
В "Дядюшкином сне" же ничего такого не было. Завуалированная под, как сам писал Достоевский, анекдот, самая настоящая трагедия.
Ложь, сплетни, интриги, скандалы, расследования. Объективизация и издевательство. То, на что мы уже даже не обращаем внимания, то над чем хихикаем. Ах, как смешно, старый князь нацепил парик, стеклянный глаз и думает, что молод! Ах, как смешно, его, богатого, хотят женить на молодой красавице! Ничего нового, каждая мать поймёт это желание.
А между тем, этот сшитый из разных кусочков старичок, чуть ли не самый настоящий во всём произведении. По крайней мере, он со всеми честен, и, видя искреннюю неловкость ситуации, готов жениться. Ну, раз так надо.
Мужчины во всём произведении оставляют чувство неприязни и гадливости. Особенно учитель Васенька, который даже умереть спокойно без пафоса не может, и лёжа на смертном одре говорит высокопарную чушь о том, что вот из-за неё-то, Зиночки, всё и произошло, и что полон-де он любовью. Эх, Васенька, нет никакой любви. Только самолюбование.
Кажется, что этим недугом заражены там все. Даже прекрасная Зиночка, ангельски идеальна, но с каким-то, простите, душком. Что-то в ней есть отталкивающее, не настоящее. Это чувство превосходства над всеми, это надменное желание жертвенности во имя любви, эта романтическая истеричность.
Но финал расставляет всё по своим местам, все получают то, чего и достойны. Смерть, сытая жизнь, или нужный чин. Из всех, прочитанных произведений Достоевского, в этом он наиболее благосклонен к Своим персонажам.

В городе Мордасове некогда проживала Мария Александровна Москалёва — атаман в юбке, Наполеон от мира интриг. Ей выпадает счастливый случай принимать богатого старичка, — разбитого, сплошь составленного из накладных усов и бород, однако ж доброго и относительно порядочного — а затем приходит идея выдать за старичка свою дочь.

Знаете тот чарт, где предлагают почитать что-нибудь у Достоевского, но при этом не "как все"? Почитайте эту повесть — она ранняя и коммерческая, поэтому объединяет в себе множество популярных мотивов: и трагикомедию уездного города, и публичное раскаяние, и притчу. Один только персонаж князя чего стоит — это и химера, и слон, которого описывают слепые, и олицетворение мечты, корую не ухватишь — буквально, сон. Встретятся аллюзии на «Ревизора», «Станционного смотрителя», будущих «Бесов», и где-то от Салтыкова-Щедрина ручкой помашут. Здесь нет героев, но каждому персонажу дадут небольшую возможность искупить свою вину