Цитаты из книги Lucky

все мы узники, но у одних камеры с окнами, а у других-без

Люди – даже представительницы женского пола – понятия не имеют, как обращаться с жертвой изнасилования.

...поделившись своей историей, можно через нее переступить.

Письмо завершалось цитатой из арабского поэта Халиля Джибрана: «Все мы узники, но у одних камеры с окнами, а у других — без».

Наши застольные беседы нередко перерастали в бурные споры независимо от важности предмета. Самые горячие дискуссии возникали из-за орфографии трудных слов и толкования значений. Нередко кто-нибудь из нас притаскивал в столовую неподъемный том Оксфордского словаря — хоть за праздничным обедом, хоть в присутствии гостей. Кстати, наш беспородный кобелек — помесь пуделя с дворняжкой — получил кличку Уэбстер, в честь более компактного лексикографического издания.

Ненависть и красота несовместимы.

...за год я пережила смерть и новое рождение

я сделала это.

Я лишь послужила катализатором, подхлестнув чью-то нервозность, злобу и чувство вины.

память - это и хранилище, и сила, а зачастую - единственное прибежище слабых, бесправных и униженных.

в принципе, я не говорю «нет», но и сказать «да» еще не готова

Что видит собеседник - меня или сцену насилия?

Пожары стали приметой моего детства; они давали понять, что у жизни есть неведомая мне изнанка. Вне всякого сомнения, пожар — большая беда, но меня не отпускала мысль, что это еще и знак перемен.

Нужно быть последней дурой, чтобы утверждать: лучше смерть, чем изнасилование.

Знакомство с жертвой преступления – все равно что знакомство со знаменитостью. Особенно если преступление связано с чем-то гадостным.

Человека невозможно вытащить из-под завалов прошлого. Либо ты выкарабкиваешься самостоятельно, либо остаёшься под обломками.

"Экстази, грибы, кислотные "путешествия"? Говорят, они обостряют чувства. Моей целью было избавиться от чувств раз и навсегда".

"Стоит с кем нибудь поделиться жестокими фактами - хоть с возлюбленным, хоть с подругой, - и люди начинают смотреть на меня другими глазами".

"Отцовское недомыслие меня поразило. Я была просто в шоке, но отчаянно стремилась найти понимание. Если даже родной отец, который искренне хотел меня понять, не мог сообразить что к чему, что уж говорить о других мужчинах?"