Между нами горы

Где-то на долгом пути... где-то там, я отдал тебе свое сердце и не хочу, чтобы ты его мне возвращала. Никогда, слышишь?

Найдите слово «заброшенный» в словаре — и вы поймете, что я испытал.

Придется вам остаться наедине с вашими мыслями.

Одно дело потеряться, другое — блуждать. Я мог не знать, где мы находимся, но способность определить направление — это уже что-то.

Все постоянно твердят, что сухой мороз лучше влажного, но по мне — холод есть холод. Минус тринадцать — это минус тринадцать, и никуда тут не денешься.

Дурные обстоятельства нельзя сваливать в кучу, надо разобраться с каждым по отдельности.

Если вам довелось пережить автокатастрофу, то вы знаете, каково это. Настоящая боль — это то, что чувствуешь по прошествии двух-трех дней.

Мне хотелось в душ, скорее смыть с себя отца и умыться тобой.

Половину тепла наш организм теряет через голову.

Плечи легко встают на свои места, главное, придать им нужное направление.

Тепло ускоряет кровоток и препятствует наступлению смерти от переохлаждения.

Когда она смеется, она улыбается. Когда она плачет, я тоже не могу сдержать слез. Ни на что бы это не променял.

Я живу по двум простым правилам. Правило первое: я доверяю своему умению и умениям других людей.

Есть такие аттракционы: вам кажется, что вы куда-то несетесь, хотя на самом деле вы торчите на месте.

Закон действует только в том случае, если тебя поймают.

Воздушные путешествия не перестают меня восхищать: летишь на запад, чтобы оказаться на востоке.

Жить с разбитым сердцем - все равно что жить полумертвым, а это не тоже самое, что быть наполовину живым.

– Я пытаю вас не для того, чтобы получать честные ответы. Мне нужно наглое вранье. Скажите мне, что нам надо протащиться всего милю, – и пусть впереди будет путь в сотню миль.

Я засмеялся.

– Знаете, если вы перестанете болтать, то мы можем трогаться. Тут, за бугром, нас ждет вертолет.

– Он доставил кофе из «Старбакса»?

– Не только. Еще апельсиновый сок, сандвичи с яйцом и колбасой, кексы, малиновые плюшки, дюжину пончиков с глазурью.

Ты живешь так, словно существует Североамериканское восточное время и время Бена. Время Бена вечно отстает: то на пятнадцать минут, то на целых полтора часа