Любовь всегда основана на честности, иначе это не любовь.

Все мы чокнутые, только каждый по-своему.

Раньше мне казалось, что страх — холодная эмоция; на самом деле он жжёт, как огонь.

Выбирать любимого человека — пример-но то же, что выбирать психотерапевта. А именно — прямо ответить на несколько вопросов: будет ли этот человек честен со мной, адекватно ли воспримет критику, сумеет ли признать свои ошибки и не станет ли давать неисполнимые обещания?

Наверное, ловить исчезающие сне-жинки — это как ловить счастье, когда овладение в итоге ничего тебе не дает.

Вернуть однажды обманутое доверие очень трудно.

Стоит дать чему-то название, и вы сразу перестаете видеть картину целиком или понимать, почему это важно. Вы упираетесь в само слово. А ведь название – лишь крошечная часть явления, верхушка айсберга.

Труднее всего, Тео, осознать, что нас не любили тогда, когда мы больше всего в этом нуждались. Ужасное ощущение — боль человека, которого не любили.

Настоящая причина, по которой я ввязался в психотерапию, была сугубо эгоистическая. Я хотел помочь самому себе. Уверен, большинство из тех, кто связал свою жизнь с лечением душевнобольных, пришли в профессию примерно так же. Она притягивает нас потому, что мы сами надломлены. И тогда изучение психологии становится попыткой излечить себя. Осознанной или неосознанной попыткой – это уже другой вопрос.

Вокруг столько боли, а мы просто закрываем на это глаза... Правда в том, что мы все боимся.

Тот, кто часто и ловко врет, способен предать партнера, не мучаясь угрызениями совести.

Любовь всегда основана на честности, иначе это не любовь.

Перенос мыслей на бумагу — это своего рода отдушина, освобождение.

Труднее всего, Тео, осознать, что нас не любили тогда, когда мы больше всего в этом нуждались. Ужасное ощущение - боль человека, которого не любили.

- Такое случается в моменты сильнейшего стресса. Есть типы реакций "бей" и "беги"; в вашем случае это третий, тоже довольно распространенный тип - "замри".

Выбирать любимого человека – примерно то же, что выбирать психотерапевта. А именно – прямо ответить на несколько вопросов: будет ли этот человек честен со мной, адекватно ли воспримет критику, сумеет ли признать свои ошибки и не станет ли давать неисполнимые обещания?

Удивительно, как человек может привыкнуть к специфическому миру психиатрической лечебницы. Со временем перестает пугать сумасшествие, причём не только чужое, но и собственное. Уверен, все мы чокнутые, только каждый по-своему.

Как часто мы принимаем серьезное чувство за «фейерверк» — из-за разру-шительных острых ощущений. Мы забываем, что настоящая любовь приносит покой и умиротворение.