
Уже вторая книга автора, которая вспоминает старые раны народов, проживающих и когда-либо проживавших на территории Турции. На страницах этого романа перед читателем предстаёт город Смирна (Современный Измир) в нескольких периодах: в 1905 году, по окончании Первой мировой войны и до 1922 года, есть и более поздняя линия, оканчивающаяся после Второй Мировой войны за пределами Измира. В 1905 году центральное место занимает история вокруг девушки французского происхождения Эдит Ламарк, которая узнаёт тайну своего происхождения, уезжает от матушки на улицу Васили и обретает любимого - Авинаша Пиллаи, индийского шпиона. Во второй линии героев становится больше. Появляется та самая Шахерезада, что с рождения молчит, появляются другие персонажи турецкой, армянской, греческой национальности, среди которых оказываются переплетённые одной судьбой с несносной француженкой. каждая из них имеет тайну происхождения, о которой может и не догадываться. На фоне исторического контекста меняются обстоятельства. Сначала страдают носители турецких фесок после проигрыша в войне, а к концу в многонациональную Смирну приходят войска Мустафы Кемаля Ататюрка и всё переворачивается. В конце достаточно страшные сцены.
Изложение скачет между временными отрезками. Чем-то напомнило роман иранского писателя Мохаммада Реза Байрами "Жертвы заветного сада", но здесь основных персонажей побольше. Хоть роман современный, обошлось без пошлостей, ругани и подробных интимных подробностей. В тексте встречается очень много греческих общеупотребительных фраз, есть вставки на французском, порой не даётся, расшифровки (видимо, надо помнить ранее упомянутые), но колорит определённо создаёт. И в целом можно немного реконструировать вид этих греко-армяно-турецких улочек. В конце в силу особой трагичности пошли натуралистичные описания событий. Чувствуется, что больший накал на финале даже несмотря на жестокость греков сразу после Первой Мировой войны. Видимо, играют роль греческие корни автора, но действительно жестокость, как понимаю, зашкаливала с учётом событий вокруг геноцида армян, описанных уже австрийским классиком Францем Верфелем в "Сорока днях Муса Дага".
Как взгляд в прошлое с воссозданием местного колорита история смотрится очень красиво с напоминанием о прошлых трагичных событиях. Как всё это преодолевать и как залечить не очень понятно. Не хватило какого-то более глубокого символизма кроме общемученического для высшей оценки.







































