Цитаты из книги Transhumanism inc

— Многие задаются вопросом, — гремел над площадью диктор, — как это сердобольские банкиры противостоят несправедливому укладу современного общества, находясь в самом его подземном центре? А где же, спрашивается, еще противостоять? Где сегодня фронт? Там, где держат стяг наши вожди! Мы дошли до центра зла, как раньше до Берлина! Но мы не можем сделать зло добром, так уж устроен мир. Мы можем только с оружием в руках встать на страже зла прямо в его логове… Вражеская пропаганда твердит, что сердоболы, вооруженные кобальтовым гейзером, взяли в заложники весь мир. Пусть так — но при этом сердоболы сами добровольно сдались миру в заложники. И в этом гарантия неколебимого порядка и стабильного мира на полной противоречий земле… Вот он, наш кобальтовый гейзер!

Надо было на что-то пожаловаться, но на что? Хронику терактов все смотрели и так, обсуждать это было нелепо. Спазм непонятной тоски после каббалистического анекдота был сущей мелочью. Ничего нового с ней не происходило. Она уже описывала Офе приторможенное и чуть вялое состояние, ставшее для нее нормой после того, как она допустила Гольденштерна к своему импланту. И несколько раз слышала ответы, сводящиеся к одному и тому же: смирись.
Или, как Офа формулировала сама:
– Научись с этим жить и перестанешь это замечать.
Это, конечно, было универсальным ключом ко всем человеческим проблемам. Но, как объяснила Офа, человек не хочет решать свои проблемы. Он хочет от них избавиться.
– А разве это не одно и то же?
– Нет, – сказала Офа. – Избавиться от проблем нельзя. А вот решить их обычно можно. Но рецепт почти всегда в том, чтобы научиться с ними жить. Или хотя бы согласиться мирно от них умереть.
– А если не согласишься?
– Тогда умрешь несогласной. Понимаешь, все мы едем по конвейеру, а сверху на нас падают кирпичи. Можно об этом не думать, а можно кричать и махать руками от страха. Психотерапевт учит спокойно сидеть или лежать, глубоко дышать и улыбаться. И постоянно расслаблять мышцы, потому что огромное большинство умирает не из-за кирпичей, а из-за вызванных страхом спазмов.

Мол, стонала Русь под половцами, стонала под печенегами – но знала врага, видела его лицо и даже со стрелой каленой в груди белыя могла изогнуться с седла да полоснуть его в ответ заветной казацкой шашкой.
Потом, значит, приехали супостаты-тевтоны в шлемах с пиками, налетели вороги на бипланах – и почти погубили Русь, почти пригнули ее к земле. Но глянула Русь в небо голубыми глазами, улыбнулась, засмеялась да и пустила ворогов клочками по закоулочкам. Вот только осталась у нее от той битвы на лбу кровавая рана в форме звезды, да и ослабла она сильно.
Потом навалилась вражья рать гуще прежней, с железными тиграми и стальными слонами – и совсем почти раздавили Русь, вмяли гусеницами в сырую глину. Но и оттуда Русь поднялась, да страшнее прежней в клубах атомного огня, с ярыми очами да мечом-кладенцом неодолимой силы.
И стали тогда дурить Русь разным лукавством, и обдурили полностью – рассыпалась она на части, как телега со сломанной осью. И пропала было Русь, и продалась уже за зеленые фантики, которые неудержимо печатал ворог – но пришли на Русь мудрые вожди. И дали ей новое учение – конкурентоспособность.

Васюков скачал себе программу «Дягилев» (Дмитрий нашел ее в мракнете и не поленился посмотреть реквизит: фиолетовая рубаха, синие шаровары, мягкие танцевальные сапоги, накладная бородка, ароматическая присадка «ртутная мазь девятнадцатого века», корзина французских вин и пицца-ассорти «Весенний Париж» с отдельной доставкой). «Дягилев» не требовал почасовой оплаты – приятель, в отличие от Дмитрия, умел читать мелкий шрифт. Несколько дней экономный умник наслаждался обществом нового танцовщика-конфиданта, а потом сработал вставленный в программу троян, и все хелперы домохозяйства на двадцать минут превратились в высокомотивированных воинов шейха Ахмада. Они зверски расправились с обитателями поместья, хозяйской кровью нарисовали на воротах глаз и букву «З», заперлись в амбаре с зерном и самосожглись. Дмитрию повезло – все платные программы удаленно чистились хостом. Через день после трагедии от «Ивана-да-Марьи» пришло вежливое извещение, что «Митина Любовь» проверена на содержание вредоносного кода и является совершенно безопасной. Дмитрий вспомнил, чему его учили – и в лицее, и в институте. «Эти существа не способны к агрессии… История не знает хелперских восстаний, они не могут убить своего хозяина…» Но, как оказалось, такие случаи просто не попадали в статистику. Вернее, попадали, но в качестве киберпреступлений, потому что убийства технически совершала вирусная программа. Если вы разобьетесь в телеге, управление которой перехвачено злоумышленником, очипованную лошадь никто не обвинит, поясняла сеть. В новостях о подобном не рассказывали вообще – и в Благородном собрании эти казусы не обсуждали. Во всяком случае, в трезвом виде.