Крушение империи

Вниманию читателей предлагается уникальный материал – исторические записки Михаила Владимировича Родзянко (1859?1924), русского политического деятеля, председателя Государственной думы Российской империи. Собранная информация посвящена событиям, происходившим в России с 1900 г. по 1917 г. Автор описывает предвоенный период, период войны, а также подробно рассказывает о заключительном этапе монархии Романовых. Значительное внимание уделяется личности Григория Распутина и его влиянию на важнейшие ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

15 оценок

5
33%
4
40%
3
27%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 14Хотят прочитать 31

Рецензии

Snowtrooper22 августа 2017 г.
Мемуары М.В. Родзянко, бывшего Председателем Государственной Думы Российской империи третьего и четвёртого созывов. Заинтересовало, надеюсь? Тогда давайте смотреть подробнее.
Воспоминания охватывают период примерно с 1907 г. и до февраля 1917 г. Получается 10 лет. И всё это время умещается на 195 страницах. Первые несколько глав Родзянко посвящает исключительно Распутину и истории его восхождения. Чувствуется прям огромная ненависть автора к этому человеку. Попутно достаётся и императрице Александре Фёдоровне. Мирная жизнь и борьба в стенах Думы с правительством сменяется рассказом о начавшейся Первой мировой и снова борьбе с правительством. Заканчиваются воспоминания февралем 1917 г., но ни об отречении Николая II, ни об начавшейся революции ничего нет. Вроде как и на полуслове всё обрывается, царь уехал в Ставку, а потом рухнула империя. Это если кратко пробежаться по прочитанному.
Если же посмотреть глубже, то раскрывается множество деталей работы Думы. И книгу можно было бы назвать "Как я боролся за счастье страны, а эти гады мне мешали, а, и ещё Распутин - самый жуткий гад и я его ненавижу всей душой". Вот это всё меня удивило. Я, хоть историей и увлекаюсь, но о парламентаризме в Российской империи знаю очень поверхностно, а тут прямо все подробности. И при чтении складывается ощущение, что Дума-то была ещё тем сборищем оппозиционеров - постоянно требуют сменить министров, отправляют всякие запросы, рассылают представителей и борются за благо страны. Вот красной нитью это через воспоминания проходит - Дума радела за Россию, но императрица и Распутин ей мешали.
Позволю себе выделить любопытные фрагменты, которые отметил при прочтении:
газеты публикуют различные подробности скандалов с министрами и Распутиным и платят большие штрафы в цензуру, но статьи публикуют. Не совсем понятно что это значит, но явно свидетельствует о том, что цензура, ясное дело, была, но преодолеть её можно было и публиковать всё, что особо не разрешено, только вот штрафик вам выписали-с.
Родзянко упоминает об одном докладе и пишет что царь за это время (более часа) не выкурил, мол, ни одной папироски, что являлось признаком его внимательности. В другом месте Родзянко пишет, что при очередной беседе царь очень волновался и хватался за папиросы. Просто вот любопытный момент. Сейчас вроде бы как не принято курить верховной власти на людях, а тогда вон проще было, царь с папироской.
понравился момент, когда царь не смог принять Родзянко и поручил Председателю Совета министров передать эту информацию письмом адресату. Родзянко страшно оскорбился, потому как по закону царь должен самолично ему писать, а не поручать кому-то и устроил демарш.
показалось любопытным упоминание, что единственной газетой, которую читал государь была "Гражданин", более ничего.
во время Первой мировой в 1915 г. после взятия Перемышля великий князь Николай Николаевич (на тот момент Главнокомандующий) получил шпагу с надписью "За завоевание Червонной Руси". Любопытное название, ведь географически на тот момент это была область Галиция.
в 1915 г. Родзянко посещает взятый Львов и замечает, что "...даже крестьяне по своей одежде и говору напоминали хохлов". Тут показалось любопытным название народа, вполне себе безобидное на тот период и почему-то оскорбляющее сейчас.
Родзянко поминает и балерину Кшесинскую, через которую получали заказы на артиллерийское вооружение различные фирмы. Тут уже субъективный интерес к её личности, на фоне гремящего по стране скандала с премьерой фильма "Матильда".
во время войны комиссия Думы обследовала патронные и пороховые заводы в Петрограде и обнаружила, что завод на Литейном совершенно не охраняется, а частью заводов управляют германские подданные.
в феврале 1917 г. Родзянко узнаёт, что городовые (то есть полицейские) в Петрограде обучаются стрельбе из пулемётов и вместо отправки в армию пулемёты передаются в полицию. Также в комментариях приводятся сведения что эти городовые были расставлены с пулемётами на чердаках высоких домов. Тоже любопытный момент с указанием на то, как собирались подавить революцию в столице.
Родзянко приводит совершенно неизвестные мне ранее сведения о том, что во время Первой мировой Япония вернула России потопленные в ходе русско-японской войны три крейсера, получив компенсацию за их подъем и ремонт.
Теперь несколько слов об издании.

Структурно книга состоит из предисловия доктора исторических наук В.Н. Ганичева, написанного в 1990 г., предисловия к изданию 1927 г., самих мемуаров и обширных комментариев к изданию 1927 г. Комментарии, конечно, несут отпечаток той эпохи и пестрят "реакционерами", "бывшими князьями", но в целом они свою роль исполняют отлично и воспринимать их надо именно с позиций 1927 г., когда были опубликованы мемуары Родзянко, есть и в них немного любопытного.
Мягкая обложка, иллюстрации отсутствуют, тираж в 30 000 экземпляров и довольно большое количество опечаток в тексте.
Ознакомиться, конечно же, рекомендую всем, кого могло заинтересовать написанное выше. Всё-таки это отличная возможность взглянуть на жизнь предреволюционной России из стен Государственной Думы Российской империи.
Читать далее
8
455

Все рецензии

Цитаты

Snowtrooper21 августа 2017 г.
Потомство наше себе в назидание должно знать все прошлое своего народа во всех его подробностях и в ошибках прошлого черпать опыт для настоящего и будущего. Поэтому всякий, знающий более или менее интимные детали, имеющие исторический интерес и государственное значение, не имеет права скрывать их, а должен свой опыт и осведомленность без всякого колебания оставить потомству.
2
218