Большой секрет умницы Софии

Мама тоже считала, что в присутствии детей взрослые не должны пить алкоголь, и строго придерживалась этого правила, пока мы не сравнялись с нею ростом.

– Пришлось трясти вашего ректора.
– Он сейчас пьет пустырник?
– Разбавленный бренди, – мрачно добавил Рэнсвод. – Напомни на выходных отправить ему пару ящиков. Мягко говоря, я был не очень любезен, когда ворвался в его кабинет.

На мгновение он прикрыл глаза, видимо, пытаясь себя убедить, что орать матом в академии совершенно непедагогично,

Тут он убрал руку. На мантии красовалась подпалина в форме пятерни.
Выходит, я что, поджарила парня своей мечты, как тыквенный пирожок? Застрелите меня кто-нибудь из арбалета.
– Ничего страшного, – хмыкнул он с мягкой улыбкой, тоже узрев след от пальцев. – Все нормально, правда. С кем не бывает?
С тобой, Финист, уверена, такое случилось впервые. Впрочем, как и со мной. Как думаешь, это повод повязать обручальные нити?

– Ты же ему вчера пальто сожгла, а все равно поставил «превосходно».
– Может, он искал способ от него избавиться, – пожала я плечами

Странно, как в приступе благодарности мама немедленно не понеслась в кухню, чтобы сварить приворотное зелье и навсегда привязать этого демонически щедрого высшего мага к ее единственной обожаемой дочери.

– Вы были правы: в шкафу сидит мужчина. И если вы немедленно не уйдете, то он там задохнется. Вместо вечеринки нам придется прикапывать в снег труп.

В особняк на Стрэйн-Лейн мы возвращались в таком глубоком молчании, словно не платье выбирали, а отпевали безвременно почившую любимую рыбку Киара.

– Эзра, она ругает тебя чаще, чем благодарит своих предков Сатти. По-моему, это что-то значит.
– Главное, чтобы это не значило, что она даст мне в рожу, если я к ней сунусь, – с тоской вздохнул он.

Из принципа я дождалась, когда распорядитель принесет папку в дорогой кожаной обложке, и даже ее открыла, но практически сразу захлопнула, не вчитываясь в названия блюд. И – не дай божественный слепец – не заостряя внимания на ценах, иначе случится приступ жадности к чужим деньгам.

Кошка спокойно возлежала на антикварной кушетке. Определенно сытая и довольная. В аквариуме такие же сытые и довольные плавали рыбки.
Две штуки. Одной не хватало.
Уверенная, что меня подводит зрение, я приблизила нос к стеклянному пузырю и пересчитала еще раз. Из дуэта никак не выходило трио. Хоть справа начинай считать, хоть слева.

– Твоя мать – на редкость деликатная гостья, – намекнул он, что не испытывал стеснения.
– Деликатная гостья предлагала тебя приворожить. – Я искоса глянула на Киара.
– И ты была бы согласна? – в его голосе прозвучало искреннее любопытство.
– Конечно. Но остановили побочные эффекты.

– Почему ты не ругаешься, что я переехала к холостому мужчине? – спросила я.
– Если бы ты переехала к женатому мужчине, это оказалось бы большей проблемой, а так есть шанс сделать отличную партию.

– Помогите застегнуть платье!
Киар на секунду замер. Пришлось уверить, что ситуация совершенно безвыходная и гибкости мне не хватит, даже если свернусь бубликом, а я им точно не свернусь.
– Я честно пыталась сама…
Он прервал стенания простым кивком, дескать, леди, возвращайся в исходную позицию и подставляй спину, пока магистр-злыдень готов причинить немножко добра.

Одновременно мы уставились на обглоданное кольцо колбасы, мирно возлежащее на дне шкафа.
– Вы прячете ее, чтобы не угощать гостей? – больше не скрывая иронии, хмыкнул Рэнсвод.
Не время обижаться, София! Пакуй мужика быстрее!

– Там хорошие лечебные грязи, да и вообще разные программы для омоложения. Опять-таки минеральная водичка для тонуса.
– Мне тридцать четыре, – в воцарившейся тишине уронил магистр, намекая, что с тонусом у него полный порядок.
– Вы превосходно выглядите для своего солидного возраста! – немедленно уверила я и враз поняла: светские беседы не мой конек. Лучше жевать остывшую рыбу!

– Кто это? – Рэнсвод изогнул брови.
Химера в замшевом пальто! Кошка у меня живет, а что шипит, как сиплая змея, так у нее изредка случаются помутнения рассудка.

Рэнсвод упал лицом в подушку, кажется, пытаясь скрыть широкую улыбку.
– Ты там смеешься, что ли, пока я умираю от стыда? – Я сердито толкнула его в плечо.