Не отпускай меня

В этом мире такое иногда происходит, ничего не поделаешь. Мнения, чувства людей движутся то в одну сторону, то в другую.

Несчастные создания. Что же мы с вами сделали?

Она славилась как поэтесса, все ее уважали....мы считали ее докой по этой части. При этом поэзию мы не ценили и не понимали ровно ничего. Странно как-то.

Многие лекции про секс нам читала сама мисс Эмили, и помню, однажды она принесла из кабинета биологии скелет в полный человеческий рост, чтобы показать, как это происходит. В полном изумлении мы смотрели, как она извивает скелет, придает ему позы, тычет повсюду указкой без малейшего смущения. Она продемонстрировала нам всю механику этого дела, что куда вводится, все варианты, как если бы шел обычный предмет вроде географии.

Но от чего мне действительно стало больно — после всех этих мелких уколов, после того, как он заставил меня ждать на Площади, и тому подобного, — это от последних его слов, которыми он отделил меня еще раз, теперь уже не от себя и других доноров вообще, а от себя и Рут.

Самое важное - мы показали миру, что, если воспитанники растут в гуманной и цивилизованной обстановке, они способны стать такими же восприимчивыми и разумными, как обычные люди. До этого все клоны - или воспитанники, как мы предпочтали вас называть, - существовали только как материал для медицины.

Но, судя по улыбке, он ни секунды не сомневался, что упрекать его совершенно не в чем. Так просит прощения тот, кто попытался оказать тебе услугу, которой ты почему-то не смог воспользоваться.

Она говорила, что если нет секса, то почки, поджелудочная железа и тому подобное не будут правильно действовать.

если тебе нравился кто-то одного с тобой пола, говорили, что ты «универсал».

О Рут что надо понимать: что она всегда отличалась от нас в таких вещах. Мы с тобой с самого начала, даже в детстве, вечно пытались до чего-то дойти, до какой-то правды. Помнишь, Кэт, все эти наши секретные совещания? Но Рут — она была другая. Ей все время верить хотелось, так она была устроена.

Между нами было четкое, хоть и ни разу не высказанное вслух, соглашение на этот счет, и до разговора, начавшегося с «Даниэля Деронда», ни одна из нас даже близко не подошла к тому, чтобы его нарушить.

Поскольку каждый из нас - копия, снятая в тот или иной момент с нормального человека, где-то в большом мире наверняка существуют и живут своей жизнью оригиналы.

Как потребовать от мира, уже привыкшего считать болезнь излечимой, чтобы он отказался от этого лечения и добровольно вернулся к старым мрачным временам?

"I keep thinking about this river somewhere, with the water moving really fast. And these two people in the water, trying to hold onto each other, holding on as hard as they can, but in the end it's just too much. The current's too strong. They've got to let go, drift apart. That's how it is with us. It's a shame, Kath, because we've loved each other all our lives. But in the end, we can't stay together forever."

Sure? You say you're sure? Sure that you're in love? How can you know it? You think love is so simple?

И хотя по моим щекам катились слезы, я не рыдала и, в общем, держала себя в руках.

Наверно, ему казалось, что я маленько тронулась умом, и не будь он таким тактичным и сдержанным, я моментально сделалась бы посмешищем для всех.