Мой лучший враг

Теплые чувства к нему тлели слабо… скоро они совсем сгорят. А где-то в глубине зарождалось новое чувство. Я еще не знала его названия. Оно было незнакомо мне.
Это чувство – отвращение.
А из отвращения позже родится ненависть. Да. Стас именно этого и добивался. Он вел свою игру только для того, чтобы я его возненавидела.

Это все было для того, чтобы унизить меня еще сильнее. За что? За что мне все это? За что он так со мной? Он поступил подло и мерзко. Он использовал наше детство – самое дорогое, что у меня есть. Он притворился мальчиком из моей Вселенной. И все это ради спора. Три пятихатки – вот сколько стоит моя душа. Мои чувства.
Внутренний голос предупреждал меня. Я не слушалась. И получила то, что заслуживаю.

– Фу, – сморщилась Даша. – Это отвратительно! Рома странно на нее посмотрел и состроил умный вид.
– Когда мы жили в коммуналке, именно так отвечала тетя Зина моему бате, когда он при ней громко пукал. А знаете, что он ей на это отвечал? «У вас там тоже не розарий, мэм», – нашелся Рома.

Семья - это несколько тел и одна душа.

– Стас… Уже года три я не слышал, как ты обращаешься ко мне по имени. Ты произносишь его как-то по-особенному. Растягиваешь последние буквы. А и эс. Как будто не хочешь заканчивать мое имя. Не хочешь расставаться с ним

«Ты убит. Иди домой»

Он пытался убедить себя. Но Отчего при взгляде на нее внутри что-то до боли скребло внутренности? Что-то кричало, плакало, рвалось наружу, пыталось пробиться сквозь железную оболочку равнодушия.
Да. Одновременно с ненавистью он испытывал к ней что-то теплое, нежное. Ведь она показывала ему прошлое. Она представляла для него «мир до того дня». А мир до того дня был прекрасным, он это помнил. Все то время было прекрасным. И она. Она прекрасна.

Он относится к тебе не так, как к остальным. Хуже. И в тоже время лучше. Ты для него особенная.

Он смотрел так по-доброму. В его голубых глазах читались забота и внимание.
И он потушил сигарету о мою руку.

Друзья - самое главное в жизни. Чем старше ты становишься, тем тяжелее найти новых друзей.

Страшно все менять, страшно смотреть в новую жизнь. Человек способен привыкнуть к чему угодно, даже к ужасным вещам, если они повторяются изо дня в день. Ты пускаешь корни в эту отравленную почву и выживаешь, как можешь, и вот тебе уже кажется, что по-другому быть не может, с переменами станет только хуже. Ты гибнешь, но растешь.

Наверное, страх - самое сильное чувство, на которое мы способны. Сильнее совести и чести, дружбы и любви. Когда ты боишься, то не думаешь ни о чем, кроме спасения. Уйти от кошмара. Спрятаться.

Человек может поддаваться мимолетной слабости и трусости, и вовсе необязательно за это подвергать его смертной казни.

Сумасшествие - это страшно. Безумец не виноват в том, что в один момент взял, да сошел с ума. Сумасшествие не выбирают, не принимают как какую-нибудь новую черту характера. Это жуткая болезнь в голове. Она разрушает мозг. Съедает его. Сумасшедших нельзя ненавидеть, потому что они не виноваты в том, что с ними произошло.

Страх - полезное чувство. Он продлевает жизнь.

Семья - это несколько тел и одна душа. Не пытайся определиться, не пытайся расколоть эту душу. Душа одна. И ты ничего с этим не поделаешь. Никогда не пытайся отгораживаться от семьи. Проблема - проблема всех.

Слова режут острее ножа. Это придумали ванильные людишки, которые не сталкивались с настоящей болью. Они знают, что такое разбитое сердце, но даже не подозревают, что такое разбитый нос. А ведь нет ничего хуже физической боли. Такая боль пронзает, ослепляя и оглушая.

Мне не нужны никакие суды. Единственный суд, который меня устроит, - мой собственный.

Почему желание любви гораздо сильнее желания ненавидеть?

«Мужчина, который поднял руку на женщину, больше не мужчина. Он в первую очередь унижает сам себя. Это позор, вечный позор, который ничем не смыть».