Four Thousand Weeks: Time Management for Mortals

Когда люди зарабатывают достаточно денег, чтобы удовлетворить свои потребности, они просто придумывают себе новые потребности и стремятся к новому уровню жизни. Им так и не удается «догнать соседа»: едва приблизившись к цели, они находят себе новых, более успешных «соседей» и теперь гонятся уже за ними. В результате они работают все больше и больше, пока загруженность не становится символом успеха. Хотя совершенно очевидно, что это абсурд: на протяжении почти всей истории человечества смысл богатства состоял как раз в том, чтобы не работать.

Никому за всю историю не удалось достичь баланса между жизнью и работой. Не удастся это и вам, даже если вы будете честно делать «шесть вещей, которые успешные люди делают до 7 утра». День, когда все наконец-то будет под контролем, никогда не наступит — тот вожделенный день, когда вы наконец разгребете электронную почту, когда список дел перестанет расти, когда вы выполните все обязанности на работе и дома, когда вас не будут ругать за пропущенный дедлайн или случайную ошибку и когда вы, полностью «оптимизировавшись», сможете наконец заняться тем, что в жизни по-настоящему важно. Начнем с того, что признаем свое поражение: ничего этого не случится.

Большинство жалоб, если не вникать в детали, сводится по сути к тому, что наше время ограничено. Почему мы непрестанно боремся с соблазнами соцсетей? Почему нас тревожит снижение способности концентрировать внимание, так что даже бывшие книжные черви не могут прочитать и абзаца, не хватаясь поминутно за телефон? Да потому, что эта ситуация демонстрирует наше неумение оптимально использовать отпущенное нам время, и без того ограниченное. (Вы бы меньше казнились из-за того, что убили утро, сидя в Facebook, если бы этих утр у вас было немерено.)

Даже худшие аспекты современности, такие как популяризация самых оголтелых политиков и блогеров в видеороликах на YouTube, можно, пусть косвенно, объяснить тем же основополагающим фактом скоротечности жизни. Наше время и внимание настолько ограничены, а потому ценны, что социальные сети делают все возможное, чтобы завладеть ими любым способом, — и именно поэтому, вместо того чтобы снабжать пользователей точной, но скучной информацией, они подсовывают нам материал, который гарантированно замусорит наш мозг.

Наши ожидания постоянно сталкиваются с упрямой реальностью: мы не владеем временем, его нельзя подчинить нашему контролю.
Хочу прояснить следующее: я не имею в виду, что нам вообще не стоит планировать, или копить деньги на пенсию, или ходить на выборы, чтобы увеличить вероятность, что будущее сложится именно так, как мы хотим. Проблема не в наших попытках повлиять на будущее. Источник всей тревоги – в нашей потребности знать уже сейчас, в данный момент, что наши усилия не пропадут зря. Вполне естественно надеяться, что ваш партнер вас никогда не покинет, и вести себя с ним соответственно, чтобы этот счастливый вариант развития событий стал более вероятным. Но, если вы хотите уже сейчас обеспечить себе полную уверенность, что так оно и будет, вам гарантирована жизнь, полная нескончаемого стресса. Самое действенное лекарство от тревоги – простое понимание, что будущее не дает гарантий, сколько бы вы ни планировали, как бы ни нервничали и за сколько часов до вылета ни приезжали в аэропорт. Вы не можете знать, что все будет хорошо. Борьба за уверенность – это по сути своей безнадежная затея, а значит, нужно ее бросить. Будущим нельзя распоряжаться и командовать; это хорошо понимал французский математик и философ Блез Паскаль. «Мы так неосмотрительны, – писал он, – что блуждаем по недоступным нам временам и вовсе не думаем о том единственном времени, которое нам принадлежит; так легкомысленны, что мечтаем только о воображаемых временах и без рассуждений бежим от единственного существующего в действительности».

Ни один здравомыслящий водитель не может всерьез полагать, что его сигнал в автомобильной пробке будет иметь решающее значение и наконец сдвинет дело с мертвой точки. Бессмысленный гудок таким образом демонстрирует наше нежелание признавать ограничения, когда дело доходит до личного времени. Это вопль ярости из-за того, что сигналящий автолюбитель не может заставить мир вокруг себя двигаться так быстро, как ему хотелось бы.
Мы сами страдаем, когда пытаемся диктовать действительности свои правила; в этом состоит одна из центральных идей древней китайской религии даосизма. В Дао дэ цзин присутствует множество образов гибкости и уступчивости: мудрый человек (как постоянно напоминается читателю) подобен дереву, которое на ветру гнется, но не ломается, или воде, которая течет, мягко обходя препятствия на своем пути. Такие метафоры призваны пояснить, что вещи просто таковы, каковы они есть, как бы сильно мы ни хотели, чтобы все было по-другому. И наша единственная надежда оказать реальное влияние на мир в том, чтобы работать с этим фактом, а не против него. Но все эти бессмысленные гудки и другие знаки нетерпения показывают, что большинство из нас довольно плохие даосы . Мы чувствуем себя вправе заставлять жизнь двигаться с желаемой скоростью. Однако в результате мы сами делаем себя несчастными: во-первых, тратим слишком много времени на разочарование, а во-вторых, стремление заставить мир двигаться быстрее контрпродуктивно. Так, исследователи, изучавшие поведение водителей на дороге, давно установили, что нетерпеливость за рулем приводит обычно к снижению скорости. (Тактика, когда водитель в пробке на светофоре медленно приближается к стоящей впереди машине – классическая привычка беспокойного автомобилиста, – обречена на провал. Дело в том, что, как только поток снова начнет двигаться, такому водителю придется трогаться с места медленнее, чтобы не врезаться в автомобиль перед ним.) То же самое относится ко многим другим нашим попыткам ускорить темп движения реальности. Поспешно выполненная работа означает, что вы допустите больше ошибок, которые потом придется исправлять. Если торопить малыша, чтобы он быстрее одевался, это почти всегда гарантирует, что вы не скоро выйдете с ним из дома.