Burnt Sugar

Иногда у меня возникает желание заглянуть ему в голову, посмотреть на дорожки, по которым движутся его мысли, такие прямолинейные и упорядоченные. Его мир замкнут и ограничен. Все, что я говорю, он понимает буквально: у каждого слова есть свое недвусмысленное значение, для каждого значения есть свое слово. Но мне представляются и другие возможные смыслы, временами меня тяготит бремя речи. Если провести линии от точки Х ко всем другим точкам, так или иначе связанным с первой, я окажусь в центре запутанной паутины, из которой мне точно не выбраться. Любое высказывание открывает широкий простор для неправильных толкований.

Я начала подозревать, что в моем теле живет кто-то другой. Какая-то совершенно чужая девчонка, устроившаяся во мне, как у себя дома. Она распирала меня изнутри, из-за нее у меня появлялись растяжки и обесцвечивалась кожа. Из-за нее у меня росли волосы в тех местах, где они были совсем не нужны, причем росли так стремительно, что эпиляция не особенно-то помогала. Я ела даже не за двоих, а как будто за четверых, и все равно никак не могла насытить бездонную яму постоянного голода.
Мне никто не сказал, что это нормальные переживания для подростка, что так бывает почти со всеми. Впрочем, если бы мне сказали, я бы, наверное, все равно не поверила.