Книги, которые заинтересовали.
AlexAndrews
- 3 866 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Народная память, в немалой степени опирающаяся на то, как и что нам преподают в школе на уроках истории, избирательная. Многим людям кажется, что война с кочевниками закончилась стоянием на Угре в 1480 г. Были еще поволжские татары, но после взятия Иваном Грозным Казани, вся «татарва» больше Россию не беспокоила. Однако это не так. Кочевые державы, хоть в XVI в. медленно и неумолимо проигрывали конкуренцию земледельческим державам, но сдаваться так просто не собирались. Окончательно номады, как исторический фактор сошли со сцены только в XVIII в. Включая крымских татар, которые стремились стать в «прирусской» степи преемниками Золотой Орды. Одним из острых моментов, а с точки зрения автора этой книги, в целом наивысшей кульминации в истории крымских татар, стало противостояние с Российским государством в 1571 – 1572-ые гг. Татары в 71 году дошли до Москвы, которую спалили. От Ивана грозного его «коллега» Девлет-Гирей требовал Астрахань и Казань. Иван IV после такого поражения повел себя хитрым дипломатом, смог затянуть переговоры и приготовиться к новому нападению. В 50 верстах северней тогдашней Москвы в 1572 г. у деревни Молоди состоялось многодневное сражение под командованием боярина Михаила Воротынского, в котором русские войска сумели одолеть крымчан. Об этом и рассказывает данная книга.
Но не только. Из 203 страниц текста собственно сражению посвящено 20 страниц. Автор подробно вводит читателя в предысторию этого события, начиная со времен правления Ивана III. В основном акцент сделан на дипломатических отношениях. Причем не в узком плане: Крымское Ханство – Российское государство, а в глобальном. Тут и отношения с поволжскими татарами, и с Великим Княжеством Литовским, Польшей, Османской империей, и даже Священной Римской империей. Написано все с одной стороны кратко, чему свидетельство крупный шрифт текста, но информативно.
Особых недостатков по содержанию не увидел. Часто у автора есть небольшие повторы. Например, он неоднократно указывает, что в период 1570 – 72 гг. Россия сильно была ослаблена чумой и неурожаями. Но в книге есть другой серьезный недостаток. – Отсутствие карт! Очередной раз приходиться повторять, что книга о войне без карт, это полкниги. Причем работа уже имеет 2-ое переиздание, т.е. дополненное и исправленное. А картам место не нашлось! Из-за этого снизил оценку книги на балл.
Еще имеется спорный момент. Автор постарался подсчитать численность крымского войска. Исследователь указывает, что сделать это сложно, но фигурирующие в летописях 150 и более тысяч воинов, однозначно завышенные суммы. Однако затем, пускаясь в свои расчеты, сначала указывает число в 50 тыс., а потом и до сотни доводит, с учетом тех, кто сопровождал обозы. Звучит неубедительно. Да, без заслуживающих внимания документов, любой подсчет численности как населения, так и войска, это всегда очень приближенно. Но если пытаться считать, то обычно стараются отталкиваться от хозяйственно-культурного типа народа, т.к. этот показатель во многом определял в то времена численность населения. Кочевые народы пребывали в жестких тисках триады: поголовье скота – площадь пастбищных угодий – численность населения. Если животных много, они быстро выедают пастбища, из-за нехватки корма начинается падешь скотины, и как следствие мрут и люди. Много людей, нужно делить скотину и искать себе новые кормовые места. В итоге экономика номадов сформировавшись еще в нач. I тыс. до н.э., в таком виде сохранилась вплоть до этнографического времени и даже современности. Считается, что монголы, покроившие большую часть Великой Степи, в 20 – 30-ые гг. XIII в. могли выставить 250-тысячную армию. Эта четверть миллиона воевала на всех просторах Евразии – в Китае, Средней Азии и в походе к Последнему морю, в рамках которого была завоевана Русь. Тут же получается, что на территории Северного Причерноморья номады вдруг смогли собрать войско чуть ли не в половину численности великой монгольской армии. Скорее всего возможности крымчан не особо превышали то, сколько было здесь до монголов половцев. Поэтому даже численность в 50 тыс. мне представляется сильно завышенной. Турков, как автор указывает, было несколько тысяч. Учитывая сколько приходилось воевать Османской империи, большого воинского контингента своим вассалам дать они не могли. Да и навряд ли желали. Потому что было очевидно, что добейся Девлет-Гирей желаемых Астрахани и Казани, Стамбул ему стал бы не указ. Не исключено, что татар было примерно столько же, сколько русских войск – 20 тысяч. Это и определило то, что, уступая в числе и качестве огнестрельного оружия, и не имея возможности «растащить» оборону русских, татары понесли потери и вынуждены были уйти. Годом ранее, спалив Москву, татары тоже ушли восвояси. Думаю, не столько из-за награбленного, сколько из-за осознания, что численности войск недостаточно, чтоб поставить окончательную точку в войне.
Надеюсь, мои рассуждения не будут лишними для тех, кто будет читать эту интересную книгу.

Много нам бед наделали - хан крымский да папа римский.
"Пословицы русского народа", В. И. Даль
Автор явно получает удовольствие от своего рассказа – вплетает в повествование выражения из источников, любуется своими выпуклыми героями, душой болеет за происходящее. Часть этого задора поневоле передается читателю, хотя, казалось бы, исход кампании немного предсказуем.
В этот раз перед нами очерк о битве при Молодях. Самой битве будут уделены последние 20 страниц крупным шрифтом, остальное – рассказ о том, как стороны пришли к эпической битве. В каком-то смысле финал схватки – это итог неустойчивого равновесия, в котором находился Крым на протяжении XVII века, пытаясь усидеть на двух стульях – ВКЛ и ВКМ. В итоге московский противник показался более опасным, особенно после подчинения Кремлю Казани и Астрахани, и борьба за гегемонию в Восточной Европе привела к 1571 году с сожжением Москвы и 1572 году с поражением ханской армии в условно полевом сражении (наши отсиделись в вагенбурге).
Война раннего Нового времени очень красочна (это, очевидно, привлекает к ней внимание, несмотря на присущие ей, как всегда, кровь, пот и слезы). Массовое применение огнестрельного оружия соседствует с аргамаками, дворянской конницей и татарскими луками. Стороны рубятся каждый год, татары все равно придут, просто неизвестно – в этот раз вылазка пары царевичей или большой поход на Москву, попробуй угадай. Потом московские власти решили проблему радикально, отодвинув границу с помощью великих засечных черт далеко на юг, а пока враг почти беспрепятственно доходит до ближнего Подмосковья, с разведкой у наших что-то плохо ладилось.
Грозный, как известно, был первым из московских правителей, кто попытался перенести боевые действия ближе к Крыму – южнее Путивля и Балаклеи и даже в нижнее течение Днепра. Места до боли знакомые по современному конфликту.
Во всей этой истории мне интереснее всего показалась дипломатия, вернее – язык документов, летавших с послами между Крымом и Москвой, особенно язык крымских документов. Ханы менялись, а подход к «Московскому» оставался – мол, он правит лишь по милости хана, который позволяет ему до поры до времени собирать для него поминки (относительно регулярные денежные выплаты), при этом на поле боя спор шел за размер этих поминков и за контроль над Астраханью и Казанью. Опять этот глубокий разрыв между риторикой и реальной политикой, опять в этом плане ничего между людьми не поменялось.
Бедные простые люди. Пока цари и воеводы рядились за места и города, писали друг другу хвастливые письма и составляли военные планы, на основу государства обрушивалась чума, бесконечные войны и татарские набеги. Куда крестьянину податься?




















Другие издания

