Цитаты из книги Dune

Те, кто создавал Бене-Гессерит, понимали, что через всю человеческую историю должна проходить нить преемственности. Они видели, что это не получится, если не разделить человечество на два стада: одно — стадо людей, а другое — животных. Для сохранения чистоты породы.

Настоящий Человек всегда одинок.

«Ни при каких условиях животное начало не должно брать верх над человеческим».

глаза ибада

– Усул, сила моя, ты снова жертвуешь воду мертвым? Кому же? – Тем, кто еще жив, – проговорил он.

Плоть принадлежит человеку, а вода – племени

Он опасался переусердствовать и потому попытался ограничиться лишь настоящим, ощущая в нем неясное отражение опыта, непрестанное отвердение мягкого «того‑что‑есть» в окаменелое «было».

Его затягивало за пределы времени, откуда он мог рассматривать время, ощущать возможные судьбы, ветры будущего… ветры минувшего. Словно один глаз его был устремлен в прошлое, другой в будущее, еще один в настоящее, так, тремя глазами, он смотрел на ставшее пространством время.

– Колотушка! – сквозь зубы прошептал Пол. Она мерно стучала, и вдруг оказалось, что идти в другом ритме трудно. Тук… тук… тук… тук… Во всей залитой луной котловине отдавался этот гулкий стук. Вверх и вниз по осыпающимся дюнам: шаг… шарк… стоп… шаг… песчаные комки под ногами: шарк… стоп… стоп… шаг.

– К твоему будущему, Гарни Холлик, я почти не имею отношения… Могу лишь помочь провести твое сегодня.

Пол смотрел на то место, где стоял отец. Оно опустело даже раньше, чем герцог вышел из комнаты. И Пол вспомнил слова старухи: «… твоего отца не спасет ничто».

Дело закончилось всеобщим замешательством, подумал Пол, глядя в спины. Раньше Совет всегда заканчивался в приподнятой атмосфере. А это собрание словно вытекало медленной струйкой, утомленное собственной неэффективностью, да и завершилось оно спором…

вы увидите его – человека, пойманного Судьбой в ловушку, одинокую фигуру, человека, чей свет померк в лучах славы его сына. Однако должно спросить: что есть сын, как не продолжение отца?

мир держится на четырех столпах… – Она подняла четыре узловатых пальца. – Это – познания мудрых, справедливость сильных, молитвы праведных и доблесть храбрых. Но все четыре – ничто… – она сжала пальцы в кулак, – …без правителя, владеющего искусством управления.

Джессика сердито смахнула слезинку. – Снова ты делаешь из меня маленькую девочку – заставляешь повторять мой первый урок: «Человек не должен покоряться животному», – выдавила Джессика и вздрогнула от рыдания без слез… – Я была так одинока… – Надо бы сделать это одним из наших тестов, – сказала старуха. – Настоящие люди почти всегда одиноки.

Пытаться понять Муад’Диба без того, чтобы понять его смертельных врагов – Харконненов, – это то же самое, что пытаться понять Истину, не поняв, что такое Ложь. Это – попытка познать Свет, не познав Тьмы. Это – невозможно.