Песнь о Роланде

Что вам сужден по смерти рай святой.
В сонм мучеников вас допустит бог».

Вдали видны испанская страна
И сарацин несметная толпа.
Везде сверкают золото и сталь,
Блеск лат, щитов и шлемов бьет в глаза.
Лес копий и значков над долом встал.
Языческих полков не сосчитать:
Куда ни кинешь взор – повсюду враг.

Граф Оливье в ответ: «Не быть тому.
Надменны вы, ваш нрав не в меру крут.
Вы ссору там затеете, страшусь.
Коль королю угодно, я пойду».

Да, тот учен, кто выучен в бедой!

Турпен крестом благословил бойцов,
Эпитимью назначил - бить врагов.

Бьют мавры и французы что есть сил,
Их копья разлетаются в куски.
Взглянуть бы вам, как там дробят щиты,
Услышать бы, как сталь о сталь звенит,
Как в панцири врезаются клинки,
Как наземь тот, кто сбит с коня, летит,
Как издает он перед смертью крик,
– Вам этого до гроба не забыть.

Не слушайте вы тех, кто горделив.
Лишь мудрость вами пусть руководит.

Язычников там нет ни одного:
Кто не убит в бою, тот окрещен.

«Роланд, мой друг, цвет молодости смелой!
Когда я буду в ахенской капелле,
Придет туда народ послушать вести,
И горестно я объявлю пришельцам:
„Погиб Роланд, стяжавший мне победы.“

А мой племянник граф Роланд сказал,
Что, коль придется на чужбине пасть,
Он будет впереди своих лежать,
Спиной к отчизне и лицом к врагам,
Как победитель даже в смертный час

Лишь трех бойцов земле не предал Карл:
То были Оливье, Турпен, Роланд.
Им грудь рассечь велел он пополам,
Извлечь и в шелк закутать их сердца,
Зашить в оленью кожу их тела,
Везти домой в трех мраморных гробах.
Но до того, как положить туда,
Обмыть настоем перца и вина.

Трус - тот, кто жизнь уступит за бесценок.

По мне, погибель лучше, чем бесчестье.

И крикнули французы: "Монжуа!"
Кто этот крик в бою слыхал хоть раз,
Тот видел тех, кому неведом страх.

Предатель губит всех - себя, друзей.

Битва закончилась полной победой французов, Сарагоса взята. Карл велел сокрушить языческие храмы и кумиры, а затем окрестить арабов. Тех, кто сопротивлялся, приказано было вешать. Так, сто тысяч мавров приняли крещение.

« Не должен я с язычником мириться; Крестись — и я готов тебя любить, Уверуй только в истинного Бога! »

« Воскликнул граф Роланд:«Бароны, верьте, Здесь мученический конец мы встретим. Трус— тот, кто жизнь уступит за бесценок. В бой,рыцари! Мечом разите метко, Не на живот,а на смерть с мавром бейтесь, Чтоб милой Франции не обесчестить. Сеньер наш Карл придет на это место— Увидит,что побита тьма неверных, А наших трупов раз в пятнадцать меньше, Благословит за это нас посмертно». »

Розумна смілість — то не божевілля,
Обачність важливіша, ніж завзяття.