Забытые истории

Ханс Кристиан Андерсен всемирно известный датский писатель-классик, поэт, романист, драматург, автор путевых очерков и мемуаров. Однако главным в его творчестве были и остаются по сей день сказки и истории, вернее, сборники сказок и историй, в каждом из которых отдельные произведения связаны единством идейно-художественного содержания: Сказки, рассказанные детям, «Новые сказки», Истории, Новые сказки и истории. В предлагаемую книгу вошли оставшиеся вне традиционных детских изданий писателя мало...

Рейтинг LiveLib

3,2

10 оценок

5
10%
4
40%
3
20%
2
30%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 9Хотят прочитать 24

Рецензии

nangaparbat7 января 2026 г.
Антошка, Антошка! Пойдём копать картошку!
Тили-тили! Трали-вали! Это мы не проходили, это нам не задавали...
Ю. Энтин
Содержание этой истории, не имеющей ничего общего со сказкой, очень меня удивило. Ведь история картошки несравнимо интереснее, чем то, что рассказано Андерсеном. Не могу поверить, что в середине 19-го века ему не было известно имя Антуана-Огюстена Пармантье, не было известно, что картофель завезли в Европу конкистадоры, что в Англии инициатором употребления картофеля был Фрэнсис Дрейк. Почему-то Андерсен ничего не написал о быстрой популяризации картофеля в Нидерландах и в Англии и, поэтому ничего не сказал о причинах того, что в одних странах это произошло быстро и не насильственно, а в других — с большим и кровавым скрипом. Автор этой истории почему-то ограничился упоминанием только одного активного «пропагандиста» картофельной идеи — прусского короля Фридриха-Вильгельма I, и ничего не сообщил своим читателям о роли в этой истории французского короля Людовика XVI и его жены Марии-Антуанетты. К 1853 году в Европе не могли не знать (газеты читали) о картофельных бунтах в России и, следовательно, о роли царя Николая I в продвижении картофеля на российские поля. Почему Андерсен ограничился в своей истории картошки только сведениями, рассказанными бабушкой, которая, вероятно, многого не знала? А, может быть, он и бабушку присочинил, чтобы читатель подумал — это бабушка виновата, надвое сказала, а писатель взял да и поверил? Но всё равно ведь некоторые думали — на бабушку надейся, а сам не плошай. И начинали проверять, а это было тогда трудной задачей. Это сейчас всё (ну, почти всё), связанное с историей распространения картофеля в Европе можно узнать за 10 минут, не выходя из дома. А 160 лет назад человек, прочитавший рассказ Андерсена о картошке, так и оставался полузнайкой на уровне Антошки или чуть выше. Или удивлялся написанному по той же причине, что и ваш покорный слуга и ставил автору за этот не совсем добросовестный труд оценку на местном датском фантлабе (не помню, как там это называлось) не более высокую, чем оценка вышеупомянутого слуги.
Читать далее
20
89
nangaparbat25 ноября 2024 г.
Политология через сказку
У маленького Вильяма есть чудесная игрушка — вырезанный из бумаги большой замок, рыцарский зал которого увешан портретами королей, королев и их придворных-валетов. Валеты рассказывают мальчику о своих повелителях и перед ним разворачивается краткая, но весьма содержательная история монархического государственного устройства. Первые монархи начали править с рождения. Это было время, когда короли только развлекались — «строили и сносили замки, ломали оловянных солдатиков и играли в куклы; бутерброд им приносили намазанный маслом с двух сторон и посыпанный сахарной пудрой.» Это был «золотой век», когда даже самый главный закон социума — закон Бутерброда — не действовал. Но и такое счастливое время не могло растянуться на целую вечность, кому-то это надоело и характер правления изменился, а на смену королям червонной масти (династии?) пришла масть бубновая. Теперь подданные могли убедиться, что король и королева «сделаны из того же самого теста, что и другие люди». Это было так приятно, что королям стали воздвигать памятники на века и один из них простоял целых семь лет. Но закон Бутерброда по прежнему не работал (для королей) и это снова кого-то не удовлетворяло. В результате непрекращающейся борьбы за власть появились короли и королевы со стеклянным окошком на груди и часовым механизмом внутри. Контроль за работой механизма был регулярным и, если механизм портился (а портился он регулярно, как всякий механизм), то короли получали регулярную порцию брани. Это уже была ограниченная монархия, за делами которой через «окошечко» (конституция?) присматривал парламент. Эти слова (конституция и парламент) у Андерсена отсутствуют, но любому взрослому читателю ясно, что именно в королевствах является источником брани в адрес монарха. Лиха беда начало, и вот придворный валет пикового короля и пиковой дамы-королевы по прозвищу «Выгребатель нечистот» говорит, что времена настали лихие, «хорошего ждать нечего, кончится тем, что все мы взовьёмся на красных конях выше туч.» Это мрачное предсказание сбывается немедленно — замок со всеми королями и королевами сгорает из-за огромного количества зажжённых свечей, понатыканных Вильямом по всему залу. Но виноват ли в пожаре играющий несмышлёный мальчик? Автор утверждает, что нет. Но о том, что перед судом истории предстанут те, по чьей вине мир окажется по уши в нечистотах, он не пишет. К этому выводу читатель придёт и без подсказки.
Ко времени написания этой истории произошло уже два таких пожара с известным финалом. До третьего, самого страшного, оставалось около полувека. Опять кому-то что-то надоело или устал очередной караул. Великий Сказочник предвидел такое развитие событий и написал своё историческое исследование, Предназначено оно для читателей любого возраста — для одних это будет сказка, для других остроумное политологическое эссе.
Читать далее
10
106

Все рецензии

Цитаты

Atlantida66611 января 2025 г.
Для счастья и довольства нужно только одно - просто быть счастливым и довольным!
5
83
Lepota30 декабря 2020 г.
В том, что напечатано, красивого почерка-то не разглядишь.
2
182
Lepota30 декабря 2020 г.
Что примечательного ни приключилось бы в наше время, все снова и снова повторится столетие спустя. Старое станет новым, оно случится вновь, но совсем в другом месте, у другого народа, в другом обличье, но все равно это — одно и то же.
2
152