Цитаты из книги The King in Yellow

— Видимо, вам предложили хорошее вознаграждение? — Нет. Сами поиски — вот моя награда.

Я молюсь, чтобы Бог проклял драматурга, как драматург проклял мир этим неземным творением, ужасным в своей простоте, непреодолимым в истине — весь этот мир будет лежать во прахе перед Королем в желтом.

Будь проклята душа, способная очаровать и оглушить человека такими словами, - словами, что понятны и глупому, и мудрецу, что дороже драгоценных камней, что баюкают лучше музыки, что ужаснее смерти!

Где в берег мгла волною бьет, Два солнца тонут, бездна ждет, Растут лишь тени В снах Каркозы. Ткут звезды черные лучи В круженьи диких лун в ночи, Страшат сильнее Сны Каркозы. Где ветр, сомкнув уста Гиад, Кричит в лохмотьях Короля, И смерть немеет Пред Каркозой. Пеан души, мой голос мертв, Неспетый, не исторгнешь слез Из глаз, ослепших В снах Каркозы. Песнь Кассильды. «Король в Желтом».Акт 1. Сцена 2

И светлым кажется любой из дней,
Сменивших тот, что горе нам принес

- Король в Желтом, п. 226

Человек, долго живущий один, должен кому-то открывать своё сердце.

Будь проклята душа, способная очаровать и оглушить человека такими словами, - словами, что понятны и глупому, и мудрецу, что дороже драгоценных камней, что баюкают лучше музыки, что ужаснее смерти!

" Она была изменчива, как апрель: утром -серьезная, величественная и нежная, в полдень- насмешливая и своенравная, а вечером от неё можно было ожидать чего угодно. Я предпочитал ведеть её такой, ибо небесная чистота ранила мое сердце. "

Стоит человеку заговорить о красоте греческой скульптуры на своем родном языке, как его начинают подозревать!

Сумасшествие и страсть идут рука об руку.

Не смейтесь над безумцем. Его сумасшествие длится дольше, чем наше... В этом вся разница.

Продолжишь роскошествовать - будешь есть собственное мясо.

... Всем известно, как мало у художников такта.

Клоун обратил к зеркалу напудренное лицо.
– Если бледность красива, – сказал он, – то кто сравнится со мной в моей белой маске?
– Кто сравнится с ним в его белой маске? – спросил я у Смерти, стоявшей рядом.
– Кто сравнится со мной? – ответила Смерть. – Я ведь куда бледнее.
– Ты прекрасна, – вздохнул Клоун, отворачивая от зеркала напудренное лицо.

Опустевшее небоказалось усталым, мрачные талии печаль. Она пронизывала оледеннлыйг город, разделённый замершей рекой, прекрасный город с башнями и куполами, мостами и набережным, с тысячей острых шпилек. Наполняла площади, скрывала дворцы и аллеи, скользила по мостам, купалась по узким улочкам Латинского квартала, серая под серым декабрьским небом..

"Не смейтесь над безумцами. Их сумасшествие длится дольше, чем наше. Вот и вся разница."

Дрожа от радости, она вздохнула:
- Так значит, это - мир? Прежде я его не знала.
- Я тоже, да прости меня Бог, - прошептал он.
Возможно, милосердная Богоматерь Полей простила их обоих

- Король в Желтом, п. 278

Некоторое время они молчали, наслаждаясь собственным счастьем, но тишина была красноречивой - робкие улыбки и взгляды, исполненные значения, встречались снова и снова, пока с губ не слетели казавшиеся почти излишними слова

- Король в Желтом, п. 273

Бывают книги, окутанные легендой, и бывают — порождающие легенды.