Или, напротив, потому что он был настоящим, и рядом с ним она чувствовала себя как дома. Когда все притворство исчезало, слова становились более резкими и злобными. Ведь на него не нужно производить хорошее впечатление. Не нужно проявлять светскую любезность и продумывать каждую мысль и движение. Рядом с ним не нужно носить маску. Возможно, таково было ее истинное лицо.

"Ты ведь хотела съесть ее, разве нет? Так почему позволила мнению одного человека возвыситься над твоим желанием?
Она вцепилась в слоеное тесто.
— Я была вежливой. Есть определенные правила в таких ситуациях и…
— Ты была голодной. А если ты голодная, то должна есть. И к черту эти твои правила."

- Похоже, мои манеры так же безупречны, как и ваши. Я ожидала, что человек в вашем положении будет вести себя более вежливо.
– И какое же это положение, мисс Фэрроу?
– Спутника леди.
– Леди? – Он приоткрыл глаза, оценивая ее неприличную позу и задранное платье, прежде чем снова их закрыть. – Дайте знать, когда мы ее встретим, и я с удовольствием ее сопровожу.

Для меня ты словно песня для души, никогда не знавшей музыки

Насколько Сигна помнила, она впервые увидела темного Ангела, когда ей было пять лет и она упала с лестницы в бабушкином доме. Ее шея сломалась и вывернулась, так что она могла искоса наблюдать за ним с холодного пола. Она смутно осознавала, что ее маленькое тельце не предназначено для подобных трюков, и гадала, пришел ли он за ней. Однако Ангел смерти молча наблюдал, как срастаются кости, и исчез, как только она оправилась от падения, которому, без сомнений, надлежало оказаться смертельным.

Сирота. Сигна ненавидела это слово. Ненавидела, что большинство людей одним им так детально описывали всю ее жизнь.

- Я бы предпочел, чтобы ты не вызывала меня по первому желанию. - Его голос прозвучал совершенно не так, как она ожидала. Не загробный или скрипучии, а, скорее, напоминающий журчание воды в ручье, что скользит по ее коже и приглашает искупаться в полночь. - Я очень занят, знаешь ли.

Тебе нужно только попросить о помощи, и она тут же придёт.

Горе – странная штука, Перси, и каждый человек переживает его по-своему

- Думаю, для человека, перенесшего столько боли, сколько Лилиан, смерть могла бы показаться милосердием.

Осень и зима всегда были ее любимыми временами года. Наступал покой, словно земля отдыхала, готовясь к теплым месяцам. Она думала, что стоит попытаться полюбить и весну теперь, когда приближался ее дебют. Но в этом времени года, когда вся природа замирала, таилась скрытая красота. Волшебство и нежность.

Возможно, немного странно говорить об этом сейчас, но присутствие смерти в поместье было долгим и утомительным, а Сигна хорошо уяснила, что, когда Ангел смерти следует за тобой по пятам, обыденные разговоры становились отдушиной.

Знаешь, кузина, в обществе всегда найдутся стервятники, которые только и ждут твоего промаха. И когда ты оступишься, они, скорее, обглодают тебя до косточек, чем помогут подняться. Жертвой стать так легко.

— Скажи, ведь ты думала о том, чем обернется замужество. — Она держала Сигну за запястье, сдвинув брови. — Ты унаследуешь семейное состояние, кузина. Но стоит только выйти замуж, и оно уже не будет принадлежать тебе одной. Ты начнешь делить все — деньги, желания, власть — с мужчиной, которые всегда будет более влиятельным и уважаемым, чем ты, будучи женщиной.

— В некоторые моменты мне хочется, чтобы все было по-другому. — Ответ неоднозначный, но Сигна поняла, что большего не стоит ожидать. — А иногда я жалею, что не могу предостеречь людей от их выбора. Мне приходится забирать слишком юные жизни. Бывает, что люди умирают неожиданно и родные не готовы к их смерти. Поэтому меня боятся и ненавидят больше всего на свете. Так что да, бывают времена, когда мне грустно. Но я тот, кто есть.

Некоторые люди готовы убить за деньги, Сигна. Такие люди будут лгать вам в лицо и сладко улыбаться.

— Половина светского общества не любила ее. — Он провел по черным как ночь волосам. — Вы сами видели их богатство. И, готов поспорить, знаете, что зависть и жадность могут сделать с людьми. Им не нужно было ее знать, чтобы ненавидеть.

Она не любила головоломки, так как имела дурную склонность к непреодолимому желанию их решить. И потому верила, что жизнь была бы куда проще, если бы все ответы лежал на поверхности.