Generation П

...Взять хотя бы "Мерседес"...Машина, конечно, классная, ничего не скажешь. Но почему-то наша жизнь так устроена, что проехать на нём можно только из одного говна в другое...

Человек по своей природе прекрасен и велик... Но он этого не знает.

Он подумал, что узнавать такое не положено, потому что непонятно, как с этим знанием жить.

...Всё упирается в деньги - потому что деньги давно уперлись сами в себя, а остальное запрещено.

...Многие миллионеры ходят в рванье и ездят на дешевых машинах - но, чтобы позволить себе это, надо быть миллионером.

Она глубоко антирыночна по форме и поэтому обещает быть крайне рыночной по содержанию...

Разница была в том, что лес был мыслью, которую он при всём желании не мог перестать думать.

- Берут этого пидараса и ведут в тюрьму. А может, вообще расстреливают.
Он произносил слово «пидарас» с тем сабельно-свистящим придыханием, которое встречается только у латентных гомосексуалистов, лишивших себя радостей любви во имя превратно понятого общественного договора.

Когда исчезает субъект вечности, то исчезают и все ее объекты, - а единственным субъектом вечности является тот, кто хоть изредкка про нее вспоминает.

- Все в руках Аллаха, - ответила девушка.

• Позвольте, - вдруг повернулся к ней молодой человек с широкими зрачками, мирно глядевший до этого в огромный хрустальный шар. - Как это все? А сознание Будды? Руки Аллаха ведь есть только в сознании Будды. С этим вы не станете спорить?

  Девушка за прилавком вежливо улыбнулась.

• Конечно, нет, - сказала она.
• Руки Аллаха есть только в сознании Будды. Но вся фишка в том, что сознание Будды все равно находится в руках Аллаха.

Что такое вечность - это банька, Вечность - это банька с пауками. Если эту баньку Позабудет Манька, Что же будет с Родиной и с нами?

Оставалась работа для вечности <…> И тут случилось непредвиденное. С вечностью, которой Татарский решил посвятить свои труды и дни, тоже стало что-то происходить. 

Поверить в его продукт было труднее, чем прийти в возбуждение от телефонного секса, зная, что за охрипшим от страсти голосом собеседницы прячется не обещанная фотографией блондинка, а простуженная старуха, вяжущая носок и читающая набор стандартных фраз со шпаргалки, на которую у неё течёт из носа.

Давно известно, - написал Татарский через двадцать минут после того, как это стало ему известно, - что существует два основных показателя эффективности рекламной кампании - внедрение и вовлечение.

Татарского ничуть не удивило, что кубинская монета валяется на военной стройке, - он вспомнил, как в финале фильма «Golden Eye» где-то на острове Свободы поднималась из-под воды циклопическая антенна советского производства. Это, видимо, была плата за её строительство.

Работая в ларьке (продолжалось это чуть меньше года), Татарский приобрёл два новых качества. Первым был цинизм, бескрайний, как вид с Останкинской телебашни. Второе качество было удивительным и труднообъяснимым. Татарскому достаточно было коротко глянуть на руки клиента, чтобы понять, можно ли его обсчитать и насколько именно, можно ли ему нахамить или нет, вероятна ли возможность получить фальшивую банкноту и можно ли самому сунуть такую банкноту вместе со сдачей.

"Зачем надо было эту дрянь есть?" — подумал он с тоской.
— Совершенно незачем, — сказал сирруф, опять появляясь в неизвестном измерении его сознания. — Вообще никаких наркотиков человеку принимать не стоит. А особенно психоделиков.
— Да я и сам понимаю, — ответил Татарский тихо. — Теперь.

Это ведь только говорят - "выбираем". На самом деле особого выбора нет. Кругом одна железная необходимость.