Повседневная жизнь советских писателей от оттепели до перестройки

В моём случае книга стала двойным открытием: это первая прочитанная мною книга серии «Живая история: ПЖЧ» — и одновременно первая для меня работа известного культуролога и москвоведа Александра Анатольевича Васькина, сочинения которого пользуются неизменной популярностью среди читателей. Теперь понятно, почему: лёгкий, увлекательный стиль подачи материала, живые портретные зарисовки и ёмкие творческие характеристики мастеров советской литературы, многих из которых открываешь для себя не то чтобы заново, а вообще впервые. Добавьте к этому калейдоскоп забавных происшествий, описанных с неподражаемым «васькинским» юмором, и множество уникальных свидетельств и воспоминаний, которыми специально для этой книги поделились родные и близкие её героев. Отдельные факты, события и байки умело сплетаются автором в пёстрое, но цельное полотно повествования, приоткрывающее читателю занимательный мир многонациональной советской литературы и творивших её мэтров.

Будет справедливым признать, что главным героем этой книги является уникальная, не знавшая аналогов в мире организация — Союз писателей СССР, к закату перестройки насчитывавший десять тысяч членов: прозаиков, поэтов, драматургов, сценаристов, литературоведов, литературных критиков и пр. А если говорить о конкретных персоналиях, кочующих из главы в главу (и тем самым обеспечивающих целостность повествования), то это Михаил Шолохов, Александр Твардовский, Константин Симонов, Константин Паустовский, Леонид Леонов, Алексей Сурков, Корней Чуковский, Анна Ахматова, Борис Пастернак, Василь Быков, Олесь Гончар, Григорий Бакланов, Юрий Нагибин, Юрий Трифонов, Фёдор Абрамов, Василий Шукшин... Список внушительный — и далеко не полный. Столь плотная концентрация «звёзд» подстёгивает интерес к громадному наследию советской литературы, благо здесь рассказано о десятках замечательных писателей, и каждый может взять себе на заметку для дальнейшего знакомства с их творчеством не одного, а сразу нескольких литераторов.

Среди наиболее интересных аспектов повседневной жизни «совписов», подробно освещённых в книге Александра Васькина, можно перечислить следующие:

— где любили жить, отдыхать и лечиться патриархи советской литературы; что они предпочитали есть и, главное, пить, ведь «обмыть» окончание работы над очередным произведением было для них святым делом: не проставишься — не поймут! (особенности писательского «релакса» рассмотрены автором на примере дома творчества в Дубултах (Юрмала), дачной жизни в Переделкине и «гудящего» ресторана ЦДЛ);

— сколько, подчиняясь негласному табелю о рангах, они могли заработать честным писательским трудом или литературной «халтурой»; на что тратили свои солидные гонорары и где умудрялись доставать дефицитные товары;

— как проходили многолюдные и зачастую «шумные» съезды «совписов» (на примере резонансного выступления Михаила Шолохова (не зря именно его фотография помещена на обложку!) на Втором Всесоюзном съезде советских писателей, отражённого в дневниках и мемуарах его очевидцев, как правило, крайне негативно, и открытого письма Александра Солженицына Четвёртому съезду, нашедшего сочувствие у многих антисоветчиков, явных и тайных). Чтобы разобраться в истинных причинах и далеко идущих последствиях событий, происходивших вокруг Шолохова и Солженицына в те годы, рекомендую к прочтению фундаментальную биографию Михаила Александровича, представленную в серии ЖЗЛ минувшим летом Захаром Прилепиным;

— кого и как выдвигали на соискание государственных премий; почему одних литераторов награждали чуть ли не каждый год, а других упорно не допускали даже в число номинантов (заглядывая в закулисье борьбы за вожделенные литературные премии, автор обнажает порой не самые благородные черты многих участвовавших в этой гонке писателей);

— по каким отработанным сценариям проходили похороны литераторов, в случае Твардовского, Чуковского и Ахматовой напоминавшие скорее секретную военную операцию, нежели прощание с признанными классиками;

— и, наконец, почему они «так прекрасно жили и работали». Потому что «их повышенное благосостояние было прямым следствием массового увлечения чтением. В СССР читали все и везде. <...> Повышенный спрос на книги приводил к дефициту, а наиболее популярные из них достать было непросто, и потому за книгами охотились, караулили в книжных магазинах, чтобы схватить, как только „выбросят“ в продажу что-нибудь интересное. <...> Чтение книг было популярно до такой степени, что некоторые граждане готовы были пойти на нарушение закона. Книги превратились в объект воровства, о чём свидетельствовали криминальные сводки» (стр. 498–499).

Судя по тому, что и сейчас всё чаще приходится «охотиться» за нужными книгами на всевозможных маркетплейсах, и не раз доводилось слышать, что их по-прежнему воруют из библиотек и книжных магазинов, может, мы до сих пор остаёмся самой читающей страной в мире?..

Рецензия на книгу Захара Прилепина «Шолохов. Незаконный»: https://www.livelib.ru/review/3224680-sholohov-nezakonnyj-zahar-prilepin#comments

Это мое первое знакомство с творчеством Александра Васькина, с его серией книг "повседневная жизнь ... "
Книга увлекла с первой же страницы. О чем книга это повествование о жизни советских писателей от оттепели до перестройки. Автор использовал дневники писателей того периода, воспоминания их близких родственников и друзей. В самом оглавлении помещен перечень тем, затронутых в книге. Я остановлюсь лишь на нескольких эпизодах, которые произвели на меня большое впечатление.
До перестройки в СССР насчитывалось более 10 тысяч товарищей, которые являлись членами союза писателей - это писатели, поэты, литературные критики, литературоведы, драматурги. В каждом областном центре во всех союзных республиках были свои писательские организации, которые плавно входили в республиканскую, а вершки , то есть более значительные " товарищи" являлись членами всесоюзной писательской организации.
Не все известные на тот период времени являлись членами писательских организаций, например - Валентин Пикуль, романы, которого зачитывали до дыр, Владимир Богомолом , автор " В августе 44 " , он воспринимал эту организацию как " гнилое болото ", а всеми любимого поэта Владимира Высоцкого, песни, которого слушали буквально все, от членов правительства до школьников из каких-то политических убеждений не принимали в эту организацию.
Существовало 40 творческих домов отдыха, расположенных во всех союзных республиках, где создавали свои шедевры и одновременно вместе с членами своего семейства отдыхали. Там так же был свой табель о рангах : летом отдыхали постоянно элита, а зимой более так сказать мелкая сошка. Размещали по номерам так же в зависимости от значимости личности.
Забавная зарисовка того времени. Все писатели были закреплены по конкретным спецмагазинам и ателье, где им бесплатно шили одежду. Качество тканей так же зависело от ранга заказчика. В то время очень популярным и необходимым предметом туалета были меховые шапки. Ели в зимний период времени выйти на улицу любого города страны и посмотреть из какого меха пошита шапка одетая на голову мужчины можно определить к какому сословию он относится. Пыжиковые шапки носили мужчины высокого ранга и так далее по списку, а простые работяги носили кроличьи шапки и то еще попробуй ее найти в свободной продаже.
Так вот в ателье писателям шили шапки так же по их рангу и чем ниже ранг тем дольше ждать своей очереди на пошив. Можно было купить и у спекулянтов, но при этом переплатив, но изюминка на торте была в том, что в ателье шили бесплатно.
Много грустного и веселого можно найти в этой замечательной книге.
Для себя я открыла много новых имен авторов, которых не так часто издавали по разным причинам, а так же взяла на заметку для прочтения Дневники в 3 т. Олеся Гончара, которые он писал в течении нескольких десятилетий, они были опубликованы в Украине в 2007 году на украинском языке, на русский они не переведены к сожалению. На ЛЛ я их не нашла. Он был долгие годы на всесоюзном писательском Олимпе, но в своих дневниках он записывал совсем иные мысли, не те которые произносились с высоких писательских трибун.
Заметки Виктора Астафьева, Памятные записки Давида Самойлова, которые он писал в течении всей своей жизни и просто перечитать отдельные книги малоизвестных сейчас авторов, например Виль Липатова, романы которого когда-то публиковали в замечательном журнале " Сибирские огни " и давно читала . Всегда с нетерпением ждала очередной номер этого журнала. В те далекие времена очень много отличных вещей публиковали в журналах региональных писательских организаций. В центральных журналах их просто бы не пропустила цензура, а в провинции слегка " открывали форточку "