Триумф зла (сборник рассказов)

Самое прекрасное в литературе зачастую проходит по разряду самого необязательного. Русская литературная традиция с ее навязчивым дискурсом гражданственности («больше чем поэт») часто мешает понять, что книга не обязательно должна что-то отражать или кого-то обличать. Что новелла или рассказ может быть просто очаровательной глупостью, завораживающей нас своей пустой грациозностью.

Такова проза графа Стенбока, современника Оскара Уайльда, оставшегося в его тени. В наши дни граф с его тягой к жизнетворчеству мог бы стать настоящей рок-звездой, но в викторианской Англии он был вынужден скрывать свои многочисленные пороки в уединении. Он был геем, наркоманом, алкоголиком, был склонен к трансвестизму, страдал массой экзотических расстройств психики. Огромное богатство помогло ему выстроить свой собственный мир, в котором он укрылся от ханжеского общества. Граф Стенбок сочинял утонченные декадентские рассказы, пытаясь зафиксировать на бумаге свои грезы, после его ранней смерти родные устрашившись такого литературного наследия, уничтожили почти все, что он написал.

Оставшееся по крупицам собрал и издал британский музыкант и мистик Дэвид Тибет, создатель направления апокалиптик-фолк. Русское же издание текстов графа Стенбока осуществил Дмитрий Волчек, известный ценитель декадентской литературы.

О чем писал граф Стенбок? Сюжеты его новелл просты и незамысловаты, почти все они о красоте и смерти, еще точнее, о красоте смерти. Милые некрофилические баллады, которые хорошо читать во время простуды или абстинентского синдрома. Юный художник топится в пруду из ревности к женщине учителя, изображая на последнем полотне себя в виде утопленника. Учитель смотрит на картину и видит, что юноша нарисовал его лицо в виде отражения на воде. В другой истории дети дарят отцу, одержимому созданием идеального музыкального инструмента, куски собственной кожи для его отделки. Жестокие иностранцы разоряют гнездо альбатроса, а оберегавшая его слабоумная девочка топится в море, гибнет и альбатрос. В конце рассказа кто-то обязательно красиво и утонченно умирает. Опиаты сквозят в каждой строчке, мы представляем эксцентричного отшельника, сибарита и извращенца, обедавшего в гробу жареными павлинами и носившего всюду с собою куклу в человеческий рост.

Если литературное наследие графа Стенбока не дошло бы до наших дней, а сам он остался бы лишь как персонаж исторических анекдотов, известных лишь специалистам – пострадал ли бы от этого большой литературный процесс? Вряд ли. Произведения Эрика Стенбока слабы, вторичны, а к многочисленным порокам графа можно вполне плюсовать графоманию. Жизнетворчество явно перевешивало в нем интерес к литературе. Бодлер писал, что курильщика опиума зачаровывают свободно возникающие образы, постепенно замещая желание писать.

Все это так. Но, черт возьми, как скучна, пресна и уныла была бы наша жизнь без таких книг и без таких людей.

Эрик Стенбок, бывший пару лет назад совершенно неизвестным не только в России, но и в мире, постепенно набирает заслуженную, хоть и запоздалую, популярность. Я бы не хотел останавливаться подробно на его биографии, ибо полностью уверен, что ничего нового от меня Вы не услышите. Скажу лишь, что этот совершенный в своей эксцентричности человек, обликом своим поражал современников много больше, чем своими писательскими талантами. Это, впрочем, нисколько не говорит об отсутствии способностей, совсем нет! Скорее, это говорит о том, что жизнь его была намного более интересной нежели чем любое придуманное им произведение. Это был тот человек, который сознательно превратил свою жизнь в постепенное нисхождение к ничто, в чисто декадентское саморазрушение.

Мое фрагментарное знакомство с этим интереснейшим писателем началось пару лет назад. Оно было поверхностным и было не способно удовлетворить мое любопытство. Однако совсем недавно мне в руки попался печатный вариант сборника его рассказов "Триумф Зла". Тот, кто знаком с биографией графа Стенбока, вряд ли сможет правильно представить его творчество. Мне лично всегда представлялись рассказы в стиле Г.Витткоп, но, я с удивлением обнаружил, что все совершенно не так. Истории, собранные в сборник (а это почти все сохранившееся наследие автора) проникнуты почти детской любовью и нежностью. Их трагизм не пафосный, нет. Это плачущая грусть альбатроса, оплакивающего свою возлюбленную. Это горе матери, нашедшей своих сыновей навек уснувшими под пеленой снега. Это тоска опавшей листвы по покинутым веткам.

Граф Стенбок- чарующий эстет, чуждый пустого морализма или излишней напыщенности. Его истории пугают и зачаровывают, будто мелодии Виолы D'amore тех, кто познал тайну ее происхождения. Он бьет наповал. Но не витиеватостью языка, как Г.Флобер или кристальной чистотой фраз, как Э.Юнгер. Эстетический гений Стенбока наносит точечные, легкие удары, после которых не хочешь вставать. Грезы Стенбока, излитые на бумагу, уводят Вас в волшебные миры, открытые одному лишь детскому воображению.

Не смотря на разнообразие прозы Эрика Стенбока, в сущности он продолжает традиции настоящей сказки. Страшной сказки. Сказки, полной ужаса и опасности. Он будто предупреждает: тот, кто уходит дорогой сновидений должен помнить, что существа, которых он встретит, далеко не всегда будут дружелюбны к нему.

Тем не менее, я призываю читателя побороть страх и вкусить пьянящий напиток, что оставляет на языке сладкий дурман меда и белого вина. Граф ждет Вас, он молчаливо стоит на том берегу реки, среди бледно-голубых цветов, и желтые бабочки запутались в его непослушных волосах. Дерзайте! Ибо "Тот, кто идет против дня, не должен бояться ночи".