Собственно, это книга для тех, кто интересуется Пастернаком, его творчеством, поэтому читать её автономно нет смысла. Это не биография и поэтому не стоит обращаться к исследованию Соколова, чтобы составить себе цельное представление о жизненном пути Пастернака. Впрочем, поскольку автор часто обращается к другим источникам (например, к той же биографии Б.Л., написанной Быковым или архивным документам), то некое «два в одном» всё же получится. Но в качестве биографии лучше всё же брать что-то иное. «Расшифрованный Пастернак» хорош тем, что показывает достаточно полную картину той реальности, в которой творил Б.Л. И это включает в себя не только элементы истории России первой половины ХХ века, но и идеологические моменты, культурологические и искусствоведческие. Как говорится, всё, что вы хотели знать про отношения Пастернака с представителями творческой интеллигенции и власти. Особо много времени будет посвящено всестороннему освещению ситуации вокруг Мандельштама и звонка «отца народов». Борис Соколов приводит множество свидетельств очевидцев, цитирует источники, поднимает архивы и делает всё, чтобы читатель в своей голове сложил цельную картинку того, в каких условиях рождались стихи Пастернака, и – конечно же – «Доктор Живаго». В идеале, исследование Соколова – это прекрасное дополнение к «Доктору Живаго», поэтому дуэтом они читаются просто отлично. Собственно «Доктору Живаго» и будет посвящено основное повествование. Чем прекрасен «Расшифрованный Пастернак» - автор позволяет посмотреть на роман с очень необычных ракурсов, отдавая дань, прежде всего символизму в прозе Б.Л. Борис Соколов аргументируя крутит и так, и этак разнообразные версии – кто бы мог быть прообразом того или иного персонажа, что стоит за этими образами, что Пастернак мог подразумевать под тем или иным. Как складывались отношения мастера с реальными людьми. Мне было очень интересно. На фоне «Доктора Живаго» исследование Соколова может показаться сухим, пресыщенным ссылками и оттого скучноватым. Опять же отдельные темы самому Соколову были более интересны, чем иные, и поэтому он останавливался на них подробнее. Для меня это значило – затянутым. Но, если вынести это за скобки (всё же исследование Соколова – это не художественная литература), мне понравилось. Пока я читала «Доктора Живаго», кое-что выпало у меня из поля зрения, поэтому не единожды я восхищенно говорила себе, «ну, надо же!». С чем-то, конечно, можно и поспорить: монография «Расшифрованный Пастернак» - это все же авторское видение Бориса Соколова, но даже в спорных для меня моментах полет мысли Соколова придавал моим собственным размышлениям не только ускорение, но и иногда совершенно иное направление. Это очень хорошо.
10 понравилось
