Красавицы и чудови... поэты
Посмотри на окружающих нас мужчин — начиная с твоего отца и заканчивая Шелли и Байроном. Разве они не настоящие монстры, с которыми не сравнятся никакие привидения? Но об этом ни ты, ни я никогда не напишем.
Нет-нет, муж девятнадцатилетней Мэри - когда происходит этот разговор, на двоих им сорок - вовсе не был омерзительным созданием. Напротив, взгляните на этот прелестный ангелоподобный лик. Удивительно ли, что под его обаяние подпадали самые разные люди? Так мы устроены - любим красоту, и человеку обольстительной наружности куда легче убедить нас прислушаться к своим идеям, какими бы завиральными они ни были.
О Перси Биши Шелли написано много, хотя меня не покидает ощущение, что сегодняшний интерес к нему лишь отблеск внимания к его жене. Той благодаря кому имя Франкенштейна стало таким же синонимом для монстра, как Калибан или Квазимодо, хотя употребляется как нарицательное чаще последних. Мир благополучно забыл, что Виктор Франкенштейн был вообще-то создателем чудовища, соединив творца с творением. Ну, как-то так это работает в коллективном бессознательном. И мы мало задумываемся о том, что чудище с самоотверженной преданной душой не на пустом месте появилось. Что это антитеза яркому утонченному элегантному эгоисту, который губит все, к чему прикасается. Подсознание помнит все, и в нужный момент выбрасывает на сознательный уровень.
Книга литературоведа и критика Нины Агишевой не о поэте Шелли и не о поэте Байроне, и не о философе Годвине, хотя тройка этих властителей дум появится на ее страницах и сыграет в судьбах героинь роковую роль. Агишева рассказывает о женщинах. Потому что все переплетено и кроме Мэри Шелли была ее мать Мэри Уолстонкрафт - жена философа Годвина (кто о нем, с его идеями вспомнит сейчас?) и одна из первых феминисток. Была ее старшая сестра и падчерица Годвина Френсис, бедняжка Фанни. Была младшая сводная сестра Джейн, чье имя не в меньшей степени связано с Байроном. Была Гарриет Уэстбрук, первая жена красавчика баронета.
Бунтарка, жена, сестра, девочка, любовница - заглавия частей книги "Франкенштейн и его женщины. Пять англичанок в поисках счастья" - женские судьбы смятые мужским миром. БунтаркаМэри Уолстонкрафт, писательница и философ, сегодня считается одной из первых феминисток. Произведения были опубликованы ее мужем, философом Годвином после ее смерти в 38 лет от родильной горячки при рождении Мэри. Об этой женщине наверняка можно найти сведения, если покопаться в сети, но кто и когда делает это? Агишева рассказывает о ней интересно и эмоционально, эпизод со щенками осязаем до физической боли.
Жена. О Мэри Шелли известно меньше, чем о ее знаменитом муже, к тому же баронете. Но положение дочери двух знаменитых философов и писателей, чертовски талантливой и харизматичной, написавшей культовый роман мировой литературы и жены баронета - даже в викторианской Англии позволяло оставить по себе больше сведений, чем статус бедной незаконнорожденной сироты или вполне себе законной жены, но дочери торговца. Она страдала в замужестве, она теряла детей, что может быть страшнее для женщины. Но старость встретила окруженная любовью, заботой и уважением.
Сестра. Бедняжку Фанни Имлей, внебрачную дочь Мэри Уолстонкрафт и американца Гилберта Имлея, чей скоротечный роман начался в революционном Париже, где оба работали корреспондентами, и завершился до брака матери с Годвином, интернеты нам не показывают. Странно, имея в виду, что в те времена барышни в приличных семьях то и дело рисовали родственников. Бедная девушка, не обладавшая волей и пассионарностью сестры, так же не оставила по себе следа при жизни, как по смерти. То есть. какое-то изображение я нашла. и даже сделанное профессиональным художником, и даже подписанное Frances Bryant Godwin, вполне симпатичная девушка и сходство с сестрой прослеживается. Но боже мой, какая чудовищная судьба, история Фанни просто сердце в клочья.
Девочка. Что до Гарриет Уэстбрук, то ее, дочь преуспевающего торговца (не трактирщика, хотя бы Википедия так считала), чья семья имела большой богатый дом на Гросвенор сквер и поместье в Уэлльсе, а училась девочка в престижной школе вместе с сестрами Шелли, через которых на беду и познакомилась с ним. Так вот, ее портрета не сохранилось, хотя по свидетельству современников девушка была редкой красавицей, да к тому же доброжелательной и глубоко порядочной. А в брак со своим красавцем баронетом вступила даже дважды: в Шотландии и в Лондоне после рождения дочери. Просто ей не объяснили, что законное замужество не гарантирует ответной порядочности супруга. И вот как-то так. Хотя утопиться в пруду, откуда время от времени вылавливали уличных проституток, было не так красиво романтично, как на картине Милле. Но девочка заслужила красивой картинки.
Любовница. Ее имя в большей степени связано с Байроном, это ему Джейн Годвин, вошедшая в историю под именем Клер Клэрмонт родила внебрачную дочь, которую великий поэт отобрал и забросил на попечение итальянских монахинь где малышка умерла. Но прежде она побывала любовницей другого великого поэта, правильно, деверя и пережила выкидыш от этой связи. Нет, не скандальные подробности в духе желтой прессы, о сожительстве Шелли с сестричками Годвин судачил весь Лондон. Хотя строго говоря сестрами Мэри и Джейн не были. Она дочь мачехи, второй жены Годвина, всего лишь восемью месяцами моложе Мэри. Бойкая, храбрая, сексапильная, рано познавшая зов плоти. Младшая увязалась за парой в побег, да так и не оставляла до смерти Шелли. После работала гувернанткой у графов Зубовых в России, еще много у кого компаньонкой, доживала в относительном благополучии в обществе племянницы, умерла восьмидесятилетней.
Из всего сказанного можно сделать вывод, что лучше быть богатой, красивой, талантливой и дерзкой. чем бедной, некрасивой и покладистой. Что живой лучше, чем мертвой. Но главное - что независимой и имеющей равные права лучше. чем зависимой и бесправной. Вот за то, чтобы мы, девочки, имели реальные права, и борется феминизм.
А книга отличная. И читается на одном дыхании.
34 понравилось
