Рассказы об эмоциях

Впрочем, любой вымысел проигрывает самой жизни. Легенда, в отличие от реальности,  хотя бы оставляет тебе выбор в неё не верить.

Старость - это когда до тебя никто не дотрагивается.

Мама зво­ни­ла еще реже и го­во­ри­ла, что я бес­по­лез­ная, как пан­да, но пан­ды хотя бы ми­лые. Но я не счи­та­ла себя бес­по­лез­ной. Я жила как хо­те­ла и тем са­мым при­но­си­ла поль­зу себе.

Старость — это когда ты беженец в собственном теле. И он видел, как год от года мать отвыкает от своих ног, рук, как все хуже работает память, как она сама себе становится чужой. Почему люди не исчезают в мгновение? Зачем и кому нужно это долгое неотвратимое унижение?

Трудная это работа - выпускать боль.

Пару раз она меня спросила, давно ли у меня депрессия, я отвечала, что у меня ее нет и что люди в настоящей депрессии часто хохочут и улыбаются, неулыбчивость просто свойство моей личности

И, конечно, когда-нибудь прихватит сердце, или полинейропатия разовьется до такой степени,что и ходить не сможешь или постепенно начнешь сходить с ума, а может, и не постепенно -внезапно, что называется,сорвет башню. Все это, без сомнения, когда-нибудь произойдет так или иначе. От этого не уйти. Но пока...

Гуров не тосковал по своему гневу, но теперь отчетливо понимал — в его прошлой жизни проблема была вовсе не в приступах ярости, а в нем самом: гнев был его хозяином, и теперь, утратив внутреннего хозяина, он искал нового, внешнего.

я не в том возрасте, чтобы растягивать страдание в вечность

Старость — это когда ты беженец в собственном теле.

— Всякий приличный человек, — веско сказала Анна, — всю жизнь живет с чувством предательства. Тот, кто этого чувства не знает, мог бы и не родиться, ничего бы не случилось.

— Стихи переоценивают вообще, особенно переоценивают русские. Они в них вкладывают слишком много усилий, чтобы было в рифму. А рифма не нужна, стихи - это не рифма. Лучшие стихи называются белыми. В стихах должна быть мысль, ее тогда видно.

— А счастливый?

— Счастливых нет, сказал он, — таких, как вы это думаете в молодости, счастливых не бывает. Но я не очень несчастный.

Он напрягся и все вглядывался в эту пепельную пустоту. Пустота молчала.

Как же так? Почему наука не спасает никого? Он так верил в науку! Он отдал ей жизнь.

Мир мыслей, как и мир предметов, был пустым, плоским. Разумеется, это сам он был пустым и плоским.