Хроника Горбатого

Летом мучимый похотью рыцарь уходил в заросли иван-чая – «к комарикам». Облепленный кровопийцами, страдальчески смотрел на закат, шептал молитвы, возвращался домой тихий, спокойный, с раздувшейся физиономией.

«Сынок, иди погуляй!» Она его не любила, он ей мешал высказываться с важной рожей о готском алфавите, руническом письме и политике покойного короля Эрика.

Желание наводить порядок в мире тесно связано с пустым кошельком. Либо с возвышенными идеями, а это уже тяжёлый случай

мед согревал ее тело, запах убаюкивал, невидимые пчелы рассказывали сказки леса и насылали приятные сны.

У нас такая форма существования, нужно страдать обязательно, иначе не работает:

без несчастья счастье не почувствуешь.

- ” Вечная женственность внушала Пяйве вселенскую любовь – ко всем людям, к пиву, к закату, к кровяной колбасе.Он был добрый,веселый,распутный,талантливый.Арви являлся папенькиной противоположностью: крепко засевшая в нем с детства мечта о прекрасной даме делала его агрессивным мизантропом.Он хотел выслужиться перед своей Суоми-матушкой-невестой, прливая кровь врагов.Он не знал другого способа любить”.

. ” Коммунисты хотят отменить частную собственность, чтобы мир стал прекрасен и справедлив.Правда для этого нужен террор, но тут уж ничего не поделаешь, без ” смертельного убийства ” крестьянин не поймет, что нужно отдавать корову. Крестоносцы хотели привести всех в рай, где вечное блаженство. Для этого рубили, топили, душили. Ну а как иначе обьяснишь, во что нужно верить? ”

– Дедушка, в чём тебе надо покаяться? – спросила Мари.
– Я не знаю. Пошёл защищать свою родину. Но, может, забрёл не туда? Надо каяться на всякий случай. Мы так устроены, что все наши мечты, даже самые высокие и прекрасные, могут привести в преисподнюю...

– У тебя странные представления о свободе.
– Свобода в том, что ты идёшь к своей цели, что желаешь – то и завоёвываешь.
– Нет, свобода в умении сковать свои низменные устремления, в способности укротить внутреннего зверя и выписать слабым прибавку к пайку.

То, что она увидела, открыв дверь своего дома, было похоже на манекен для изучения пластической анатомии. Девушка поняла, что когда-то её дом был живым организмом, скрипел, дышал, пах, обнимал коврами и пледами, ворчал водой в трубах и кранах. А сейчас он умер. Анна увидела лишь остов с перебитым хребтом.

– Моя мать еврейка, по еврейским меркам я еврей, по немецким тоже. Германия – моя родина, я свободно владею баварским диалектом. Но я еврей. Я от всего отказался – от родины, от народа. Я служу моей Даме сердца, она финка. Для неё я рыцарь. Для немцев – еврей. Для евреев, думаю, предатель.

...мужу важнее всего жена, а жене – дети!

У изделия нуольской мастерицы имелось ещё одно удивительное свойство – к нему не приставала грязь. То есть можно было в драке по земле кататься, пьяным под кустом валяться, а плащ оставался чистым.