Гранд-отель «Европа»

Все банальности становятся реальностью, когда ты влюблен.

Заманчиво думать, что решение сегодняшних проблем заключается в том, чтобы перевести назад стрелки часов, к тому моменту, когда этих проблем не существовало. Сей манок правого популизма, по сути, носит ностальгический характер. Сеются, нагнетаются и раздуваются страхи и недовольство, чтобы в итоге презентовать нам в качестве панацеи идиллическое и идеализированное прошлое.

Тот факт, что умные люди представляют собой меньшинство, не означает, что они не умнее большинства.

Будущее гораздо важнее, ведь оно еще впереди и поддается изменениям. Человек - это его лицо, обращенное в том направлении, куда он следует, а не к тому месту, откуда он родом.

Эмансипация личности может считаться синонимом свободы, а ностальгия по старым групповым связям вроде семьи и национального государства - ущемлением приобретенных свобод. Акцент на интересы коллектива являет собой классический ингредиент в риторическом репертуаре каждого диктатора.

Роман – это совсем не то, что фильм. Фильм всего лишь воспроизводит действительность, а в случае романа можно ждать любых сюрпризов. Там фантазия писателя вступает в альянс с фантазией читателя. И многие вещи начинают жить собственной жизнью. Роман намного опаснее, чем кино.

Любовь – это не про удачу. Тот, кто любит ради победы или обретения, не в состоянии любить. В игре под названием «Любовь», чтобы не проиграть, нужно трудиться до седьмого пота. Вот почему любовь – не веселая игра. В нее играют только потому, что не успевают передумать.

Историю Европы можно описать как историю ностальгии по истории.

Настоящее мастерство не бросается в глаза.

Никогда не облекай комплимент в форму мнения. Гораздо элегантнее преподнести его в качестве неоспоримого факта.

История формирует настоящее вследствие рассеянного накопления случайных осадочных отложений, не подлежащих упразднению.

Естественное состояние вещей – оставаться прежними. И тому ничтожному смертному, который вздумает изменить хоть какую-то малость, придется приложить для этого сверхъестественные усилия. Мудрец не стремится ничего предпринимать, ибо знает: человеческая жизнь конечна и, скорее всего, слишком коротка.

Смысл – это акт творения.

Любовь без страха потерпеть фиаско – это не любовь, а развлечение или борьба с одиночеством. Лучше она человека не делает, а мир – и подавно.