Бумажная
1599 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я не особо люблю произведения о счастливой любви, мне подавай драмы, боль, трагедии и скелеты в шкафах. А уж о малой прозе я вообще молчу. Как можно проникнуться к героям, если толком не успеваешь узнать ни о персонажах, ни о ситуации связывающей их. Так есть ли способ заставить человека читать несвойственное ему? Это скорее философский вопрос, но несколько способов убеждения применили ко мне. Во первых, втяните азартного и ответственного человека в командную игру. Тут уже хочется похихикать. Ну а о втором можно даже не говорить, хотя мне посчастливилось иметь друга, который всегда дает советы прямо в точку. Этот рассказ и оказался той самой точкой, который спонтанно влетел в мои планы.
История нам повествует о хорошенькой даме весьма преклонных лет. Розовенькая старая дева, которая носит не менее розовенькие платьица. Дует очаровательные пухлые губки и млеет от волосатых мужиков. Так есть ли любовь после сорока!? Весьма сложный вопрос даже для современности, а уж для начала двадцатого века и вовсе нечто немыслимое. Так где же граница фантастики и реальности?
Как оказалось, любви все возрасты покорны. И совершенно неважно где ты родился, в каком веке, в каком году, в какой семье и каков твой достаток. Если при виде человека твоя душа млеет. Живот скручивает, и бабочки разрывают твое нутро. Если тебе кажется, что ты сейчас моргнешь, а потом стремглав пустишься вальсом кружить при мысли о человеке... То да, наверное это любовь.
И знаете, я ведь верю героине. Я прямо чувствую ее трепет при мысли о своем любимом. А он придет? А он посмотрит? А что если?.. И так по кругу. А ведь начало двадцатого века, тем более для женщины такого возраста непростое время. Как необычно и даже удивительно и чудно смотрятся разговоры и сцены того времени. Когда вокруг летают комары, а парочка стойко крепится и сохраняет хладнокровие и сдержанность. Ведь совершенно неприлично чесаться, как дворовая собака после укусов блох. Сдержанность, спокойствие и благовоспитанность преобладают при любом разговоре в высшем обществе.
Так как же сблизить людей? Как кинуть их навстречу друг другу? Оказывается, даже в такой ситуации может помочь случай, а может быть судьба, а может злой рок, или купидончики пустили свои стрелы в сердца нерешительных влюбленных. Как не назови это событие, но необычный казус с маленькими божьими тварями поспособствовал сближению двух половинок.
Я не могу сказать, что рассказ меня покорил, но определенно это был весьма необычный опыт. Главное событие жизни двух людей мы получили готовенькое всего на десяти страницах. Повествование обильно полито миллионом описаний всего подряд. Каждая декорация обмусоливается со всех сторон. На выходе ты получаешь совершенно объемную картинку и можешь понаблюдать за минутными сценками со всех сторон. Несмотря на довольно статичные эпизоды взаимодействия персонажей, я все равно успела ощутить тот трепет, то безудержное томление, когда каждую секундочку думаешь, что вот-вот и я встречусь с ним глазами. Даже забываешь, что перед тобой не девочка пятнадцати лет, а вполне зрелая женщина.
Я не читала Сагу о Форсайтах, даже не представляю список действующих персонажей столь огромного цикла. Поэтому не могу сказать, увижу ли я вновь героев этого рассказа, но определенный интерес эта нежная любовь во мне пробудила. Я давно хотела познакомиться с основным творением Голсуорси, но не решалась подступиться к огромной книге на полке. Может маленькая сценка двух влюблённых и поспособствует взяться наконец-то за эту серию. Напоследок хочется посоветовать каждому человеку обрести свою любовь, и пусть никого не смущает ни его положение в обществе, ни происхождение, ни любые другие сдерживающие факторы. Ведь любовь всегда чиста и невинна, сколько бы лет тебе не было.

Маленькая очаровательная история о семейной паре Николасе и Фанни. Стоит учитывать в какое время ведется повествование. Это конец 19 века. В то время женщины были полностью во власти отцов, братьев, мужей и любых других родственников мужского пола. Женщина была лишь декорацией, чтобы друзьям показать. Ну и конечно для продолжения рода. В финансовом же плане женщина не могла распоряжаться своим наследством, и все переходило под "опеку" мужа. Так как же быть замужним дамам? Тут есть несколько вариантов. Либо идти с протянутой рукой к супругу, и просить дать на мелкие расходы, либо все записывать на счет мужа. Он вынужден будет оплачивать счета, дабы не опозориться перед высшим обществом. Ну и есть третий вариант. Я бы назвала его бунтарским. Этим способом пользовались, наверно, новоявленные суфражистки начала 20 века.
Остановимся на этом способе поподробнее. Так что же делает Фанни? Она бунтует! Причем очень продуманно, без конфликтов и скандалов. Тихо мирно уезжает и требует выделения ей годового содержания. Самое забавное, что она приписывает в конце всех писем, что она передает привет своим любимым детям и интересуется их делами. Ничего личного, как говорится, маме нужны личные деньги, а еще маме нужно отдохнуть. Папа ведь тоже полноценный родитель, и в состоянии самостоятельно или с помощью прислуги приглядывать за малышами. Кстати постельный бунт меня тоже повеселил. Не каждая женщина того времени могла себе позволить так себя вести.
Фанни потрясающая женщина, и я прямо ею горжусь. Столь тонкая и настойчивая игра. А самое главное документально заставила мужа подписать, чтобы все решения не обратились вспять. Я только не особо понимаю, как так можно оставить своих детей. Но видимо в то время детки были и так повешены на нянек, поэтому особой проблемы не возникло. Все больше начинаю интересоваться основным произведением. Интересно, угадала ли я, что Фанни является одной из активисткой суфражистского направления.

«Доктор сказал, что мне нельзя пить шампанское!», – возмущался Суизин Форсайт, который уже и с кровати встать не мог, но – отказ от шампанского... это что, шутка такая? Да и вообще, ему нет ещё и восьмидесяти, так что... Джеймс выслушивал брюзжание своего брата с показным равнодушием, его ждали дела, как и его жену Эмили, которая, конечно, могла бы приехать с поклоном к деверю, но маскарад, где сам герцог будет раздавать призы, сам себя не посетит, так что, братец, ты лучше ещё одного врача позови и, конечно, про завещание не забудь... И вновь больной остался в одиночестве. До сей поры у него была возможность развеяться хотя бы при помощи посещения клуба, где он пусть и сидел один, ибо из-за глухоты не мог ни с кем разговаривать, но вся эта буйствующая вокруг него жизнь хотя бы его успокаивала, и ведь он даже не подозревал, что над ним в это время посмеивались: вы-де гляньте на этого угрюмого старика, у него, должно быть, было тяжёлое прошлое, которое столь отчётливо отразилось на его внешности... Ничего такого в его прошлом не было. Вообще. Его жизнь была хорошей, ровной и, что самое главное, правильной, и вот он, её финал, и вроде как не о чем ему сожалеть, но – что это за чувство такое его кольнуло?.. Да, он не сталкивался с лишениями и трагедиями, но ему всё-таки было что вспомнить, и эпизод этот был пусть и небольшим, но говорящим, он дал понять, каким же он был, этот любитель шампанского. «Это было давно – сорок с лишним лет тому назад, а казалось, что это было только вчера...».
«Он шёл важно, выпятив грудь, как голубь выпячивает зоб», – и постоянно всех осуждал, все прощелыги, один он – рыцарь. Дело было в сказочном Зальцбурге. Спонтанное посещение пивной по классике закончилось дракой и знакомством с неким Стефаном Болешске, один вид которого вызывал у этого нежного цветочка отвращение, но что-то в этом мужчине было такое, что его захватило, и потому он, сам не зная зачем, пошёл к нему домой, а там встретил её, милую Рози, ну и понеслась. Когда же всё пришло к логическому завершению, кого этот ненаглядный посчитал жертвой?.. правильно, себя, ведь эти жулики наверняка задумали его женить на ней! «Он посмотрел на своё взволнованное лицо и тоскливо подумал: „Меня обманули!”», – жаль, конечно, этого добряка (тридцать восемь лет мальчику). Он вскакивал посреди ночи и бежал куда глаза глядят, бродил по лесам, паркам и улочкам, и думал, гадал, терзался... А потом что-то щёлкнуло – и всё, «он бросился вон из комнаты, как заяц от выстрела», поминай как звали. Это его смятение было хорошо передано: на одной стороне то, что вбивали ему в голову с детства – традиции, убеждения, привычки, на другой – то, от чего он был далёк, но в этом было так много жизни, настоящей жизни, что он не мог к этому не тянуться, но что скажут люди! Зато уж потом-то он зажил как надо (отношения с братом наглядно показали, как всё было “здорово”). Да уж, самый настоящий герой своего времени... «Даже тьма вокруг казалась не такой мрачной, как его чувства».
«Очень вам признателен. Это было так интересно...», – не могу сказать, что было так уж интересно, но – это отношение автора к герою! «...очень похожий в ту минуту на бульдога...», «Суизин бродил по городу, глядя на прохожих напряжённым и вопрошающим взглядом заблудившейся собаки», «Верно! Совершенно верно! Нищие – враги каждого из нас», – последнее любимое, Стефан напротив помог несчастному юнцу именно потому что тот нуждался, а этот... ох. Не очень умный, мягко говоря. А как он попытался блеснуть и заговорил по-французски, причём с ужасными ошибками? А как он начал размахивать перед девицами кулаками, дабы те восхитились его силой? А как он постоянно смотрел в окно и грустил à la Чендлер из «Друзей», дождя вот только не хватало... Сложно было не веселиться, хотя понимаешь же, что тут – серьёзная человеческая драма. Вообще, крайне сомнительно, что, женись он на Рози или любой другой девушке, то его старость бы протекала как-то иначе, да тут хоть целая орава жён и детей будет, ничего в своей сути не изменится, дело именно что в человеке, его воспитании и поведении, так что этого финала одинокой смерти с бокалом шампанского было не избежать. А вообще это страшно. Потому что дело тут далеко не в банальном сказе про стакан воды, а в том, что вот лежит человек на смертном одре и понимает, что жизнь-то свою он прожил так, как того хотели семья и/или общество, а не он сам, и всё, второй жизни-то уже не будет, terminus vitae. И что ты с этим сделаешь? Что? А ничего. Уже поздно. «Но что же это такое? Что же я потерял...».
«Во-первых, это была нелепость, во-вторых, тоже нелепость и, в-третьих, опять-таки нелепость».
Мухи! У них тоже есть свое назначение в жизни. Но какое? Они если уж существуют, так существуют; если умирают, так умирают, но никогда не живут наполовину.

Характер - способ, каким мы выражаем наше стремление к совершенству и культивируем то лучшее, что живет в нас.

Опасная штука жизнь, - вечно таит в себе угрозу и непрерывно причиняет мелкие огорчения. Если кидаешься вперед и хватаешь руками за горло, она отступит, но затем все равно подло ударит исподтишка.

















