Цитаты из книги А вдруг?

Как будто кто-то в китайском правительстве обнаружил, что мысль сама по себе ничего не значит, и решил: пусть люди думают что и как хотят. Пока они не переходят к действиям, пусть тешатся критическими мыслями и воображают, будто «видят систему насквозь». «Правительству все равно, что о нем думают или говорят, – отмечает один из авторов исследования. – Его волнует только то, что вы можете сделать».

Смысл наблюдения за своим мышлением без вовлечения в него – практика, которую применяют все основные школы медитации, – в том, чтобы понять: мысли не имеют отношения к реальности. Это касается мышления в целом, а не только тревожности или «негатива». Приятные, умные, альтруистические, благонамеренные мысли одинаково не имеют отношения к действительности.

Еще одна проблема, которая все чаще обсуждается в связи с оценкой эффективности лечения, заключается в том, что исследования, не давшие положительных результатов, часто «сливаются в архив». Их результаты не публикуются. Это приводит к «предвзятости опубликованных метериалов», поскольку прочитать мы можем лишь о тех исследованиях, которые доказали эффективность лечения.

Пытаться оценить, насколько ты счастлив, – отличный способ выпасть из момента и стать несчастным.

Тот факт, что каждый шестой человек в США и Швеции принимает тот или иной психотропный препарат, а многим другим просто плохо, мог бы стать главной темой политических дискуссий. Да, некоторые политики подчеркивают, насколько важно сделать психиатрическую помощь более доступной, но и только. Однако вопрос о том, почему люди вообще так плохо себя чувствуют, странным образом не обсуждается.

Взросление в мире, который считается настолько опасным, что лучше держаться от него подальше, не способствует воспитанию мужества.

Историки давно констатировали: серьезные экономические кризисы, во время которых безработными становятся широкие слои населения, часто сопровождаются быстрым увеличением средней продолжительности жизни и снижением смертности от сердечно-сосудистых заболеваний.

Вскоре после того, как в 1884 году было введено единое время, редактор «Harper's» Чарльз Дадли Уорнер высказывал опасение, что влияние времени на нашу жизнь усилится. «Дробить время на однообразные отрезки – значит нарушать индивидуальную свободу и не признавать никаких различий темперамента и чувств».

Когда мы тревожимся, поток течет безостановочно. Тревога – это процесс. Он движется, иногда напористо, иногда вяло, но всегда по кругу. У него особая цель: благодаря движению мысли обрести уверенность. Здесь кроется важное различие между тревогой и страхом: цель тревоги – отменить саму себя.