Цитаты из книги Brideshead Revisited

- Зачем ты на ней женился?

• Физическое влечение. Тщеславие... Одиночество, тоска по Себастьяну.
• Ты любил его, правда?
• Любил.

"... Я нашел целую пачку этой бумаги в глубине одного ящика и непременно должен написать Вам, так как я оплакиваю мою погибшую невинность. С самого начала видно было, что она не жилец на этом свете..."

— Вы любите вино? — Да, очень. — Мне жаль, что я не люблю. Это так объединяет людей.

Гости обычно как-то умудряются всё съесть.

Любовь, которая приходит к детям, еще не понимающим ее значения. В Англии это бывает, когда вы уже почти взрослые мужчины; мне это даже нравится. По-моему, лучше, если такое чувство испытывают к мальчику, а не к девочке.

– Я теперь совсем не вижу вас, – сказала она. – Я, кажется, не вижу никого из тех, кого люблю. Почему, сама не знаю.

Я не забыл Себастьяна; каждый камень в том доме был для меня памятью о нем, и теперь при словах Корделии, расставшейся с ним не далее как месяц назад, он наполнил все мои мысли.

«Так, разговаривая с Джулией и с леди Марчмейн, я и в том и в другом случае очутился в тупике, и не потому, что мы не понимали друг друга, а потому, что понимали слишком хорошо.»

«На втором курсе тебе придется употребить львиную долю своего времени на то, чтобы избавиться от нежелательных знакомств, которые приобрел на первом…»

«Самый трудный экзамен – английская литература, за ней идет современная филология. Сдавать надо на высший балл или на низший. Все, что в промежутке, не стоит труда. Время, потраченное на получение заслуженной двойки, потрачено впустую».

— Язык будущего — это язык мыслей, а не слов.

Он ведь принял католичество, только когда женился на маме. А когда уехал, то оставил его, как и всех нас.

Просто он не весь человек, а только некоторые свойства человека, развитые до самостоятельных размеров, а остального в нем нет, и все.

Мы следовали каждый своим путем, которые, правда, сводили нас довольно близко, но мы оставались чужими друг другу. Она рассказывала мне позднее, что взяла меня на заметку: так, разыскивая на полке нужную книгу, замечаешь вдруг другую, берешь в руки, открываешь и говоришь себе: «Эту мне тоже надо будет как-нибудь прочесть», – но пока что ставишь на место и продолжаешь поиски.

Это простая и хорошая женщина, которую неправильно любили.

Всю свою жизнь она пользовалась сочувствием всех людей, но только не тех, кого любила.

Истина открылась мне только в тот день, когда Себастьян, листая от нечего делать „Искусство“ Клайва Белла, прочел вслух: „Разве кто-нибудь испытывает при виде цветка или бабочки те же чувства, что и при виде собора или картины?“ — и сам ответил: „Разумеется. Я испытываю“.

«Это одно из наименее приятных свойств Себастьяна – он всегда производил впечатление толкаемого по стезе порока.»

«Раз они обращаются со мной, как с алкоголиком, пусть тогда и получают алкоголика на здоровье.»