Witches Abroad

– Свиньор! Ун бутыль де вино, мыль патрон!

"Then you're nothing but a daft godmother," snapped Granny, still fiddling with the lock. "You can't go around building a better world for people. Only people can build a better world for people. Otherwise it's just a cage. Besides, you don't build a better world by choppin' heads off and giving decent girls away to frogs."

She always said you can't help people with magic, but you can help them with skin. By doin' real things, she meant.

"Look," said Magrat desperately, "why don't I go by myself?"
" ‘Cos you ain't experienced at fairy godmothering," said Granny Weatherwax.
This was too much even for Magrat's generous soul.
"Well, nor are you," she said.
"That's true," Granny conceded. "But the point is... the point is... the point is we've not been experienced for a lot longer than you."
"We've got a lot of experience of not having any experience," said Nanny Ogg happily.

And everyone knew where they stood. But the trouble was that ignorance became more interesting, especially big fascinating ignorance about huge and important things like matter and creation, and people stopped patiently building their little houses of rational sticks in the chaos of the universe and started getting interested in the chaos itself - partly because it was a lot easier to be an expert on chaos, but mostly because it made really good patterns that you could put on a t-shirt.

Счастье не является естественными состоянием человечества и не может быть навязано извне.

Достаточно взглянуть на этот пирог, и на ум мгновенно приходят дюжины вещей, которые вы предпочли бы съесть. Например, собственные сапоги. Гору. Дохлую овцу. Собственную ногу.

Всем же и так известно, что добро всегда побеждает, особенно если врагов больше.

Грехи - это смертоносный груз, но добродетели также верно ведут к смерти. Во всяком случае, по пятницам зло возвращается домой пораньше

Адин тут Нахамил Эсме и ана едва ни вышла ис Сибя, пришлось нам с Маграт паскарее увадитъ ее веть дастатачно проста заставить ковото думать што ево в кавота привратили вобщем патом непреятностей не оберешся.

— Кстати, у вас с собой вроде бы должен быть горшочек с золотом?
— Горшочки — это к лепреконам.
— Да нет, лепреконы живут в норках. А она имеет в виду гоблинов.
— Не городи чушь. Гоблинов? Тех, что живут под мостами?
— Нет, то тролли. Всем известно, что под мостами живут тролли.
— Во всяком случае, мы там точно не живем. Поэтому с горшочками не к нам.
— Так я и знала, — вздохнула бабушка.

В каждой давно устоявшейся кухне есть один старинный нож с истертой до невозможности рукоятью и выгнутым подобно банану лезвием. Причем нож этот настолько остр, что вы скорее согласитесь выудить яблоко из аквариума с пираньями, чем сунуть ночью руку в ящик кухонного стола.

— Ну и здоровенные же тритоны, — изумилась она.
— Это аллигаторы.

«…А уш вот што здесь харошива так эта што напитки тут оч. дишовые, один называется Банановый дакири и зделан он в аснавном из каковато Рома с банананами...» (
Нянюшка Ягг знала, как пишется слово «банан», просто не знала, как оно заканчивается.)