Книга, зачаровывающая своим языком, витиеватым и утонченным, словно жеманная вязь, выведенная пером на белоснежной бумаге. Ты не читаешь её, ты смакуешь каждую фразу, каждое слово, будто пьёшь ароматное, дурманящее, кружащее голову терпкое вино.
Книга очаровывающая, отравляющая читателя своими истинами, как отравляла Дориана Грея книга, подаренная ему Лордом Генри. Ах, этот Лорд Генри, вкрадчивый, коварный искуситель, аккуратно бросающий в молодые души зёрна гедонизма! Ты читаешь его рассуждения, восхищаясь, ощущая, как с каждой буквой они всё сильнее врастают в тебя, привносят в привычный уклад дел ощущение новизны, что-то ранее неизведанное. Ты киваешь головой, соглашаясь с ними и уже вот-вот готов сорваться и полностью перекроить свою жизнь, как вдруг – стоп! – резко останавливаешься, почувствовав что-то коварное, тревожное, порочное и порочащее. И тогда ты, словно шпагу, хватаешь карандаш, начиная яростно сражаться: подчёркивать, обводить, ставить на полях восклицательные знаки и жирные вопросы, соглашаясь и оспаривая.
Перелистывая страницу за страницей, ты со смешанным чувством сожаления и ужаса наблюдаешь за падением души, пожелавшей навечно сберечь неувядающую красоту, которое немного позже сменяется осознанием закономерности: никакое вмешательство в естественный ход вещей не может остаться безнаказанным.
Старение человека – такой же естественный процесс, как и увядание растения, поэтому попытка сохранить красоту молодости аналогична попытке сохранить красоту сорванного цветка: его можно забальзамировать, сохранив, тем самым, форму и краски, однако естественную свежесть и аромат сохранить не удастся – внутри цветок останется мёртв. «Трагедия старости не в том, что человек стареет, а в том, что он душой остается молодым» – пишет нам Оскар Уайльд, а что же тогда остаётся душе, если тело выбирает вечную молодость?
Поэтому то, что произошло с Дорианом Греем – это так же естественно, как закон сохранения энергии, как достижение вечной красоты цветка посредством его преждевременной внутренней смерти.
И на протяжении почти всей книги, да и после её прочтения, меня терзал один несмолкающий вопрос: а что, если бы каждый мог видеть портрет своей души? Если бы каждому была вдруг дарована вечная молодость и красота, остался бы у него выбор направления движения – вверх или вниз, или же ждала бы его печальная участь Дориана Грея?
9 понравилось
