Цитаты из книги ドリアン・グレイの肖像

Никакие теории,трактующие жизнь,не могут сравниться с самой жизнью.

Я слишком люблю читать книги, мистер Эрскин, чтобы самому их писать.

Спорят только те, у кого не слишком много мозгов...

- Боюсь, что мораль этого рассказа будет вам неясна, - обронила Коноплянка. - Что будет неясно? - переспросила Водяная Крыса. - Мораль. - Ах, так в этом рассказе есть мораль? - Разумеется, - ответила Коноплянка. - Однако же, - промолвила Водяная Крыса в крайнем раздражении. - По-моему, вам следовало сказать мне об этом наперед. Тогда я просто не стала бы вас слушать.

Я, право же, всегда лучше работаю, когда послушаю пение птиц.

"Многие хорошо поступают, - отвечал Мельник, - но мало кто умеет хорошо говорить. Значит, говорить куда труднее, а потому и много достойнее".

Джек. <...> Поручусь чем угодно, что через полчаса после встречи они назовут себя сёстрами. Алджернон. Женщины приходят к этому только после того, как обзовут друг друга совсем другими словами.

Потерю одного из родителей еще можно рассматривать как несчастье, но потерять обоих, мистер Уординг, похоже на небрежность.

Что, милорд, пусть привидение идёт вместе с мебелью.

Путешествия удивительно облагораживают душу и помогают освобождаться от предрассудков.

Выбирать врагов нужно так же тщательно, как и друзей

Мы невыносим людей с теми же недостатками,что и у нас.

он был одержим страстью к крови, как другие одержимы страстью к красному вину; по преданию, он был сыном дьявола и обманул своего отца, играя с ним в кости на собственную душу

Вдруг она почувствовала потребность заговорить. Насыщенное словами молчание тревожило ее.

Под влиянием минутного каприза он ушел с дипломатической службы, рассерженный тем, что его не назначили послом в Париж, хотя на этот пост ему давали полное право его происхождение, праздность, прекрасный слог дипломатических депеш и неумеренная страсть к наслаждениям. Сын, состоявший при отце секретарем, ушел вместе с ним — что тогда все считали безрассудством — и, несколько месяцев спустя унаследовав титул, принялся серьезно изучать великое аристократическое искусство ничегонеделания.

Публика, вероятно, думала, что исполняется дуэт, — ведь за роялем тетя Агата вполне может нашуметь за двоих.

Наша страна-прародительница до того перенаселена, что даже приличной погоды на всех не хватает. Я всегда считал, что эмиграция – единственное спасение для Англии.

В самобичевании есть своего рода сладострастие. И когда мы себя виним, мы чувствуем, что никто другой не вправе более винить нас. Отпущение грехов даёт нам не священник, а сама исповедь.

“Теперь не время носить маску внешних приличий. Если я вижу лопату, я и называю ее лопатой.”

“Милосердие, дорогая мисс Призм, милосердие! Никто из нас не совершенен.”