Мертвая зона

Джонни вспомнил о Колесе удачи – вот оно замедляется, останавливается.
Зеро. Все проигрывают.

Сельская клиентура Грега очень болезненно реагировала не только на идеи коммунизма, но и на то, чтобы миром управляли евреи.

Искусство – это индивидуальное заболевание, страшно заразное, но далеко не всегда смертельное.

– Когда начнется курс лечения? – Гипноз, подумал он, наверняка гипноз.

– Он начался с того момента, когда мы пожали руки в коридоре.

Перед тем как войти в лифт, он докурил сигарету до фильтра. Очень жаль, черт побери, если она окажется последней, – отвратительный у нее вкус.

В конце концов одна фраза, сказанная Джимми Маккэнном, убедила его, что пойти надо: Многое переменилось в моей жизни.

– И последний вопрос: вы не курили в течение часа. Как себя чувствуете?

– Прекрасно, – солгал Моррисон, – просто прекрасно.

– Вы молодец! – воскликнул Донатти, обошел стол, открыл дверь. – Сегодня еще можете покурить. С завтрашнего дня вы не выкурите ни одной сигареты.

– Не может быть!

– Это мы вам гарантируем.

– Отлично, – резюмировал Донатти. – Мы здесь пропагандой не занимаемся, мистер Моррисон. Вопросы здоровья, расходов, социального милосердия нас не интересуют, как и причины, по которым вы хотите бросить курить. Мы – люди практичные.

Ничего, он их игры видит насквозь, выждет сколько надо, а когда будет уходить, закурит. Если они заставят его одного ждать, можно даже стряхнуть пепел на их шикарный коричневый ковер.

Он сел между женщиной в строгом голубом костюме и молодым человеком с модными бакенбардами и твидовом пиджаке, достал пачку сигарет и, обнаружив, что вокруг нет пепельниц, убрал ее.