Цитаты из книги Блуждающая реальность

Да, я много злюсь. Например, на смерть. Или на страдания людей и животных.

... писатель стремится противопоставить истинного человека тому, что называет "андроидом", рефлекторному механизму, выдающему себя за живое существо.

Подлинный человек - это тот из нас, кто инстинктивно понимает, чего делать не стоит, и к тому же действительно отказывается это делать.

Он не будет больше маршировать, бренча царственным железом, на страже своего маленького царства в мире сем; он воспарит, взлетит, словно поле негативных ионов, словно Убик в моем одноименном романе; будучи жизнью, давая жизнь, но никогда не определяя себя, ибо для него - для нас - нет готового имени.

Вы уникальная, конкретная вещь. Но именно вещности мы должны избегать, созерцая самих себя и размышляя о жизни.

Над головой распростерлись чистые голубые небеса. Но с них летели кровь и перья.

Роман Жюля Верна о путешествии на Луну - научная фантастика не потому, что герои летят в ракете, а потому, КУДА они летят.

В списке нет самого яркого моего романа: "Три стигмата Палмера Элдрича" (1965). Эта книга меня пугает: она об абсолютном зле, и писал я её в период тяжёлого религиозного кризиса. Я решил написать роман об абсолютном зле, воплощённом в "человеческой" форме. Когда из "Doubleday" пришли гранки, я так и не стал править текст -  не смог себя заставить снова за него взяться. И сейчас не могу.

Писатель-фантаст видит не просто возможности, а самые безумные возможности. Это не просто: "Что, если..." Это: "Бог ты мой! А что, если..." -  с выпученными глазами и дрожью в голосе.

Знайте: мужество, сообразительность и просто жажда жизни помогут вам выжить. Я видел, как полуграмотные уличные девчонки выживают среди таких ужасов, что и не описать. Видела лица людей, у которых мозги выжжены наркотой и соображения осталось ровно настолько, чтобы понимать, что с ними стряслось; видел их неуклюжие попытки выдержать то, что выдержать нельзя.

Только плохой писатель вставляет в роман своё личное мнение.

Успешный писатель способен принять любую точку зрения, необходимую для действия его героев: способностью освободить свою работу от личных предрассудков измеряется его мастерство.

Я написал и продал двадцать три романа, и все никуда не годятся, кроме одного. Только не знаю какого.