Dvůr trnů a růží

Не я первая, у кого смерть оборвет все неосуществленные мечты.

— Может, вернешь кочергу на место или мне ждать твоей атаки?

К большому неудовольствию караульных, их невыполнимое задание я выполнила

— Ты ничего не сказал про татуировку.
— Ты не спросила. Кто виноват?

— Удивительно поганая рана.
Я выругалась.
— Не ожидал таких слов от женщины

— Наверное, тебе лестно будет узнать, что большинство моих придворных сегодня лишились денег, поставленных на тебя.

Лес есть лес, и зима есть зима.

Одни гоняются за мной, годами безуспешно ждут.
К другим сама я прихожу - они ж мне под ноги плюют.
Порой одариваю тех, кто честен и умен,
Но наградить готова всех, кто смелостью не обделен.
Мои касания легки, нежна рука моя,
Но лишь обидят - становлюсь опасней зверя я.
Тяжелым будет мой удар, опасным - каждый шаг.
И знайте: убиваю я обычно не спеша.

Мне не особо нравилось проигрывать, так что я стал одним из лучших.

Нельзя браться за кисть, когда на душе и в сердце пусто.

– У тебя нет дара оборотня? Значит, такой дар есть не у всех верховных правителей.

– Почему же? У всех. У каждого из нас внутри бродит зверь, жаждущий вырваться на свободу. Но если твой Тамлин предпочитает мех, мне нравятся крылья и когти. Это забавнее.

Ризанд попытался приподняться, но руки не держали его. Из носа хлестала кровь. Наши глаза встретились.
Между нами возникла странная связь. Я то оказывалась в его теле, то возвращалась в свое. Я видела себя его глазами — искалеченную, окровавленную, с мокрым от слез лицом.

Независимо от его замыслов и действий, Ризанд все это время спасал мне жизнь. Получается, он начал оберегать меня еще прежде, чем я оказалась в Подгорье.

В лесу человеческая красота ничего не значила

- Что же тебя так утомило?
Ризанд растирал себе лицо, отчего уголки его глаз поднимались и опускались.

• Придворная суета, - вздохнул он.

• Эта проклятая сука вконец меня заездила, - продолжал Ризанд.

Я не хотел, чтобы ты сражалась одна. И умирала одна.

– Омерзительный придурок – вот ты кто!
– Надо будет спросить у Тамлина, не такой ли лестью ты завоевала его сердце?