Dvůr trnů a růží

"Колоть дрова для нашей семьи тебе в тягость, но при этом ты собираешься замуж за сына дровосека?"

Может, выбрать рычаг под номером два? Два – счастливое число. Оно – как мы с Тамлином. Пара. Единица – дрянное число. Единица – это одиночество, как у Амаранты или Аттора. Мне никогда не нравилась единица. А тройка – это чересчур. Тройка напоминала трех сестер, вынужденных жить в маленькой хижине, где каждая ненавидит двух других. Их ненависть растет, пока, отравленные ею, они не начинают задыхаться.

- Твоя картина напоминает мне об этом, - улыбнулся он.
- О чем? - шепотом спросила я.
Тамлин опустил холст на пол и посмотрел на меня. Пристально, заглядывая внутрь.
- О том, что я не одинок.

- Жизнь-была красавица одна,
Дерзко и весьма необычна,
Друзья с ней почти не водились,
Сваты у крыльца не толпились -
Боясь услышать отказ... неприличный.

— Разве у вас не женятся и не выходят замуж?
— Почему же? И женятся, и замуж выходят. Но те, кому особо посчастливилось, обретают не просто мужа или жену, а свою пару. Ровню себе во всем. Фэйская знать часто женится и выходит замуж, не встретив пары. Но если ты обрел пару, между вами возникают настолько прочные узы, что брак в сравнении с ними кажется чем-то поверхностным.

— Да что ты понимаешь в жизни? В любви? — выдохнула Неста. — Полудикарка, которая только и умеет раздавать приказы днем и ночью. Продолжай в том же духе, Фейра. А знаешь, чем это кончится? Ты проживешь свою жизнь рыская по лесам, и потом никто о тебе даже не вспомнит.

" - Все те годы я только и знала, что заботилась о них.. А они даже не попытались заступиться за меня, когда ты пришёл."

Зачем ему мечи и кинджали, когда ты и сам живое оружие.

Ваша свобода оплачена кровью двоих ваших соплеменников, которых я убила.

– За жертву, принесенную ею, – сказал он, – мы даруем ей то, что наши предки даровали очень немногим… Это уравнивает нас, – добавил он.

– Фейра, тебе незачем сюда возвращаться, – вдруг сказала Неста. – Не оглядывайся назад.

– Мне не понравилось, как он обошелся с тобой.

Она смотрела на нашу хижину с надеждой, я – с ненавистью. И я не знала, кто из нас был сильнее.

Но при твоей склонности к подслушиванию когда-нибудь ты узнаешь что-то очень ценное для себя.

Груз обязательств сменился опустошенностью.

Я запомнила расположение государств и пообещала себе, что никогда не сунусь на север.

– Если верить легенде, напившийся из этого пруда проживет счастливо до самого последнего вздоха. Нам обоим не помешает выпить отсюда по бокальчику, – добавил он.

– Мне бы, наверное, и всего пруда не хватило, – сказала я.

– Теперь понимаю. Самого важного суриель тебе не сказал.

От его улыбки я осмелела.

– Почему же? Суриель сказал, что ты любишь, когда тебя гладят по шерсти, и, если мне хватит мозгов, я сумею тебя приручить.

Все будет хорошо.
Фэйри закрыл глаза. Я еще плотнее сжала его руку.
Моим ногам стало тепло и мокро от его крови.
– Мои крылья, – прошептал фэйри.
– Ты получишь их назад.
– Клянешься? – спросил он, с трудом открыв глаза.
– Да, – шепотом ответила я.