Бессмертие

Роман-исследование, в котором детально и разносторонне разобрана тема бессмертия. Текст разделен на самостоятельные части со своей внутренней структурой, связью персонажей и временем действия. В какой-то степени это сборник-конспект размышлений. Каждая из частей содержит тезисы о бессмертии, поддержанные фабулой и портретами героев. Чтение можно сравнить с открытием мозаичной картины. Ядром каждой из частей является «изыскание», как нечто среднее между наблюдением и революционным открытием.

«Лицо» - самоидентификация подчас происходит путем прибавления внешних атрибутов к своему «я». Человеческое лицо - это лишь идентификатор . Одиночество столь маловероятно, ведь если так мало его было при жизни, то после смерти его и подавно не будет. Мысли об отделении трусости от нежелания бороться, неприличной близости войны, единении в ненависти.

«Бессмертие» - глубинное и фундаментальное желание человека быть причастным к истории. Существует смешное бессмертие ( запечатление в мировой истории через какую-то нелепость, несвоевременное попадание под «невидимый объектив»). Невозможно запланировать бессмертие, но возможно его контролировать. Человек может обрести малое и большое бессмертие - остаться в воспоминаниях тех, кто его знал или в памяти тех, с кем не был лично знаком.

«Борьба» - черные очки как способ защиты; размышления о том, прекрасно ли тело всегда или лишь в момент влечения, возбуждения; продолжение размышлений об атрибутах своего "я" - метод сложения ( для придания зримости) и вычитания (для очищения от прибавок). Подарок от души – это подарок атрибута своего «я». Война и культура – два полюса Европы, нет Сталина – нет Пикассо.

«Homo sintementalis» - возведение чувства в достоинство, уход с чувством от ответственности.
Для истинной любви любимый мало что значит, а страдание – доказательство существования «я».
Человек стремится через поступки в первую очередь расширить себя, потому как "душа под пристальными взглядами растет".
История – продукт гипертрофирования души!

Драматическое напряжение – убийца романов, превращающий все происходящее в жертву развязке.
Основа стыда – унижение от того, что мы должны быть такими какие есть, не такими какими желали бы и что это унижение видимо со всех сторон.
Красота с точки зрения индивидуальности – безликость, усредненность.
После смерти права человека (жизнь, мнения, привязанности, тайны) переходят к живым.
Мир – часть бытия, отвечающая на наш зов.

Насколько отвратителен фильм "Невыносимая легкость бытия", настолько же хороша эта книга. Кундера все делает потрясающе элегантно. Изящные, легко и игриво сплетающиеся друг с другом мысли, герои, характеры. Главное, конечно, что думает он действительно с "невыносимой легкостью" - все, что в принципе можно объяснить, объясняется, все в мире связано, у всего есть если не внутренняя логика, то хотя бы крайне убедительная метафора. Единственный недостаток - у него все слишком продумано, слишком объяснимо. Понятно, что в 60 лет человек имеет право судить о мире без особых сомнений. Но от книги остается ощущение, что весь мир очень легко раскладывается на составные части при первом же наведении мудрого увеличительного стекла, а все персонажи выглядят как запрограмированные Божественным Компьютером хорьки на амфетаминах.

Книга довольно тяжело читается. Все дело в том, что она не имеет четко выраженного сюжета. Паралельно идёт рассказ о вымышленных персонажах и об отношениях Гете и Беттины фон Арним.
К тому же повествование довольно путано. Например, в начале романа автор говорит, что Аньес - вымышленный персонаж, а в конце романа общается с ее сестрой и с бывшим мужем как с реальными людьми. Сам автор оправдывает такой стиль написания нежеланием, чтобы роман превратили в нечто другое, например, кинофильм. Но лично я легко могу представить подобный артхаусный фильм, совершенно непонятный зрителям.
Не понравился и покоробил странный перевод одного слова: вместо имеджеолога образовался какой-то имаголог. Лично я вначале подумала, что речь идёт о людях изучающих насекомых. Хотя кто знает, может это не небрежность, а намеренное сравнение?

Не люблю Кундеру в деталях, но уважаю в целом, когда ружья уже выстрелили, занавес опускается и наконец можно проанализировать противоречивые впечатления.

"Бессмертие" представляет собой довольно сложную композицию, в которой временные рамки не играют существенного значения и регулярно рушится четвёртая стена. Ломка четвертой стены здесь крайне изобретательна и в конце оставляет недосказанность и чувство размытой реальности.
"Бессмертие" - это исследование, препарирование, умственный эксперимент. Вопрос о природе нашего "я" здесь центральный, как и вопрос тождественности "я" и образа, создаваемого нами в глазах других индивидов. Что есть индивидуальность? Являются ли наши мысли, жесты, лица частью уникального "я"? Что останется от нас, если заблюрить лица, отбросить все жесты и произносимые нами слова? Милан Кундера неоднократно подчеркивает сквозную мысль: если отбросить всю шелуху, то в вечности, в бессмертии останется метафора. Поэтому он так упорно ищет метафоры, точно описывающие его героев, их суть, на которую наслаиваются все их действия и намерения. Не случайно же роман заканчивается, когда Кундера наконец находит метафору, которую мучительно подбирал для своего друга в течение немалой части повествования!

По Кундере, мы стремимся к бессмертию. После нас останется яркий образ или серия "мысленных фотографий", в зависимости от наших действий, влияния, мотивов.

Ярчайшая цитата из книги, чудесно демонстрирующая извечное стремление человеческого существа:
️"У старосты одной моравской деревни, куда я мальчиком частенько захаживал, стоял дома открытый гроб, и он в те счастливые минуты, когда бывал чрезвычайно доволен собой, укладывался в него и воображал свои похороны. Ничего более прекрасного, чем эти вымечтанные минуты в гробу, он не знал: он пребывал в своём бессмертии."

Потеряв (или не сохранив) все свои многочисленные (многословные!) рецензии о последних прочитанных (почти плачу, выходит-то, зря строчила!) книгах (и об ужасных, к примеру, «Куриный бульон…», и о достойных – «Американские боги»), не пожалею сил повторно набросить свое мнение именно об этой. Конечно, долго писать уже не буду (печалюсь о потерях), но сказать ПРОСТО ОБЯЗАНА! Давно, очень давно, у меня на слуху Милан Кундера, слышала кучу, просто гору, лестных отзывов, но добыла книгу (разумеется, таких авторов читать нужно в бумажном варианте) сравнительно недавно. Я ПОТРЯСЕНА! Хотя нет, вру, потрясти меня не мог ни сюжет, ни смысл, потому что все очень банально (с даты написания (вроде 1990) воды-то все же утекло!). НО! Изложение! Подача! Просто сказка!!! Это классика, определенно, во всех смыслах! Получила удовольствие, поглощая каждое слово. Картинки и чувства рисовались на ура, как и внутренний мир героев, их взаимоотношения и судьбы. У него абсолютно все продумано до мелочей! Рекомендую!

Милан Кундера.. эстет, психолог, литературовед, эротоман. Человек, наблюдающий жизнь. Копающийся в старых дневниках.
А еще он паук. Не верите? Весь роман он плетет и плетет сюжет. Сложная композиция меня покорила. Люблю эту тонкую игру: возникают все новые персонажи, живут своими неправильными жизнями, какие обычно бывают у героев кривого зеркала, а последним аккордом соединяются и звучат все вместе.
Милан Кундера.. человек с тонким чувством, арфист, гурман, сомелье. И стеклодув.
Знаете, из чего он создал героиню (кстати, прямо на моих глазах?). Из одного-единственного жеста. За взмахом руки вырастают ее настоящее, ее прошлое, ее мечта, ее смерть. Персонажи появляются на страницах и сходят с них, а он все плетет и плетет.
Еще раз подчеркну сложную кундеровскую композицию. На страницах "Бессмертия" вместе прогуливаются Гётё и Хэмингуэй, соседствуют роман-исповедь, роман-философия и роман-страсть, перемежаемые крепкой сатирой на наш старый добрый мир. И герои кочуют из одной части в другую. Эта книга оставила меня немножко в дураках: я хочу не только наслаждаться фокусом, но и разоблачить руки фокусника! Поэтому собираюсь еще раз пролистать книгу (упиваясь отдельными моментами), и зарисовать весь рельеф сюжета)
Кроме композиции. омечу еще язык. Он очень богатый у Кундеры (или у переводчика Нины Михайловны Шульгиной - никогда не понимала, где кончается талант автора и начинается мастерство переводчика). Фразы - тонкие, но с ощутимым ритмом. Кажется, их можно взять в руки и потрогать. Здесь просится цитата, но я лучше протяну вам в руки томик и пожелаю приятного прочтения. Держите!

Очень непростая книга, на страницах которой тесно сплетаются жизни и беседы таких великих людей как Гёте и Хемингуэй, события жизни самого Кундеры и героев его нового романа. Несмотря на такую сложность всё четко продумано и один эпизод плавно перетекает в другой. Работа, заботы, любовь и иллюзия любви, отчужденность сплетаются в причудливую композицию на фоне главной темы - бессмертия. И очень нелегко читать многочисленные философские размышления о бессмертии. Очень многое остаётся не до конца понятым, а чтение постоянно прерывалось размышлениями о прочитанном. Определённо это не та книга, с которой стоит начинать знакомство с автором, да продолжать знакомство с неё тоже не стоит. За "Бессмертие" стоит браться, когда прочитана хотя бы половина произведений автора. Даже мне любителю всяких заумных текстов было тяжеловато читать. Обязательно позже перечитаю книгу ещё раз, но очень медленно и небольшими частями.

Беги, Аньес, беги!

Я вновь и вновь перечитываю сцену с Аньес, бегущей в белой больничной рубашке, и мои глаза наполняются влагой. Меня редко что-то цепляет настолько.

Главная героиня книги - успешная женщина, красивая, самодостаточная, счастливая в семейной жизни. Мир не может ей этого простить, мир не любит счастливых, мир рыдает над историей отвергнутых истеричек, мир возносит на пьедестал пафосную и эгоистичную любовь, мир превращает слабость в оружие и нравственное превосходство. Мир ей завидует, мир ее догоняет, а она не испытывает к нему ни любви, ни ненависти, она просто к нему не принадлежит. Мир вынуждает ее бороться, но в давке на тонущем корабле она предпочла бы просто уйти в чистую прозрачность вод. Христиана разбивает очки лицемерной любви и лицемерного страдания Беттины, Аньес разбивает черные очки лицемерной любви и лицемерного страдания Лоры. Но публика все равно аплодирует лицемерным истеричным дамам, публика хочет страсти, публика хочет клубнички. Она не хочет бороться, в мыслях она давно уже обитает в Альпах, засыпая, она мечтает жить в мире без лиц, жажда самоуничножения расцветает в ней черным цветком. И однажды она убегает...