Танковая битва у Старого Оскола
Моторизованная колонна немецкой техники переправляется по понтонному мосту через реку Дон в районе Малышево. На переднем плане советский грузовик ГАЗ-АА, далее, правее, также брошенная советская техника. В настоящее время бывшее село Малышево — микрорайон города Воронежа.
Пока вокруг творятся глобальные геополитические события, я тихо продолжаю читать литературу по Воронежу-42. Вторая часть грустной эпопеи 40-й армии РККА, начатой в Операции Блау. Начало. Книга первая: От Тима к Горшечному, и охватывающей период с 1 по 4 июля 1942-го года и окончательному разгромному поражению всего левого крыла Брянского фронта.
Автор не смотрит в разрезе всей истории ВОВ, но с момента сосредоточения советских танковых корпусов и бригад для запечатывания прорыва немцев на фронте 40-й армии против двух танковых и трех моторизованных немецких дивизий и до поражения советских танкистов, по всем параметрам это было одно из крупнейших танковых сражений на Восточном фронте. Советские 617 танков против примерно 485 танков и 64 САУ немецких конечно не дотягивают до Приграничного сражения КОВО в 41-м или Курской битве, но превосходят Корсунский котел и почти равны Балатону-45. Конечно, это все происходило не на одном (так и хочется добавить "прохоровском") поле, но главное сражение состоялось в ограниченном во времени и месте под названием Горшечное, селе к северу от Старого Оскола, откуда одна из клешней немецкого наступления нацеливалась для соединения с 6-й армией Паулюса у Старого Оскола, а вторая изготовилась к броску на восток, к Дону и Воронежу. На этой развилке и развернулось сражение начальника Автобронетанкового управления РККА Я.Н. Федоренко, который подчинил себе танковые силы района, не имея ни соответствующего задачам штаба, ни средств связи. Попытка самостоятельно вылететь в штаб одного из корпусов закончилась вынужденной посадкой и беганьем от немецких мессеров, все управление шло через офицеров связи, то есть не было никакого управления по факту. А ведь собранные РККА силы, если считать чисто по танкам, были полным аналогом 5-й Танковой Армии генерала Лизюкова, но по характеру столкновений это не было не то что армией, а было чередой наскоков отдельных бригад двух корпусов из трех на подготовленную ПТО немцев, поддержанную собственно танковыми орудиями и авиацией. У автора это не упомянуто, но к лету 1942-го советские танки утратили былое преимущество в броне и калибре перед новыми длинноствольными Pz.Kpfw. III и IV, которые уже могли эффективно бороться не только с легкой мелочевкой, но и с КВ и Т-34. Еще одним примечательным фактором было то, что все три советских танковых корпуса были новыми формированиями весны, из двенадцати танковых бригад боевой опыт имела только одна... не принявшая участия в сражении. Что характерно, у немцев из XLVIII. Panzerkorps тоже были формально новые соединения, только развернутые из кавалеристов 24-я ТД и повышенный из полка Großdeutschland, совершенно несравнимые по опыту с советскими танкистами. Итоги были печальными, против до 25 танков и САУ безвозвратных потерь в технике у немцев бригады и корпуса РККА потеряли до 420 боевых машин - примерно 2/3 всей техники с начала сражения и около пяти тысяч человек. На уровне сохранившейся документации все описания повторяют или скорее, предвосхищают участь Пятой Танковой: полное отсутствие взаимопонимания на горизонтальном уровне и посредственная связь вниз и вверх. Советские командиры объявили радио своим личным врагом и все коммуникации шли даже не по проводной связи (ее бы на армию и не хватило), а путем передачи письменных приказов через посыльных на машинах. Еще командиры осторожничали и местничали, крайне северная на участке боевых действий танковая группа из 115-й и 116-й танковых бригад объединенных под командованием командира 115-й получила вчерашний приказ атаковать в направлении. Естественно, командир 115-тбр отправил в атаку командира 116-тбр, а тот, в свою очередь, не рвался и отправил в бой половину своих сил, считанный десяток машин, которые отошли при первых потерях.
Главным актом трагедии этого участка фронта стали даже не бои танковых соединений, они хоть могли отходить в тыл на своих машинах. После соединения 16-й моторизованной дивизии и авангардов сил Паулюса под Старым Осколом по линии западного берега реки Оскол образовалась завеса для отступающих трех стрелковых дивизий, одной танковой и стрелковой бригады, нескольких отдельных артполков и разрозненные остатки других подразделений. Наткнувшись на спешно выстроенный, еще неплотный немецкий заслон по берегу реки три полковника так и не смогли договориться об организации прорыва, ни одного генерала там не оказалось, Командарм-40 Парсегов привычно убегал где-то в тылу за Доном, комфронта Голиков пытался собрать хоть какие-то силы оборонять рубеж Дона и Воронеж, замкомандующего 40-й армией генерал-майор Жмаченко остался вне окружения и уже не понятно что делал. Окруженных то ли списали, то ли было просто не до них. В итоге все шли на прорыв отдельными отрядами, кому-то удавалось переправиться, большинство попало в плен, когда немцы подвели тяжелую артиллерию и САУ, заперев обреченных в лесу. Само по себе советское преодолевание рубежа реки Оскол в условиях обрушившегося фронта было весьма эгоистичным, переправившись, вполне боеспособные части уходили дальше на восток, не пытаясь удерживать переправы для оставшихся западнее. А немцы, разгромив или отбросив советские части сходу прорвались к переправам на Дону, разогнали собравшихся там тыловиков и перебрались на тот берег. Западная часть Воронежа пала после непродолжительных боев, но тут фюрера, довольного успехами осенила не очень понятная, а посему многократно обруганная другими немецкими комментаторами идея не брать полностью город, поэтому немцы начали выводить на юг свои подвижные войска и дальше сворачивать советскую оборону вдоль Дона. А сам город местом 200-дневного сражения, о котором я буду читать следующие по списку книги.
О хронологии событий начала "Блау" в книгах автора:
В заключении о хронологии книг Игоря Сдвижкова. Пока все опубликованное у него относится к северному флангу немецкого летнего наступления 1942-го года, но если читателю захочется пройтись по книгам в хронологическом порядке, то лучше всего читать это в следующей последовательности:
1. Операция Блау. Начало. Книга первая: От Тима к Горшечному + Книга вторая: От Горшечного до Дона, то есть непосредственно начало сражения, и прорыв немцев к Осколу и Дону, с 28 июня по 5 июля 1942-го. 2. В июле 1942. Оборона Касторного. Правда и вымысел. События 1-7 июля 1942-го к северу от Оскола и Горшечного в тылу 40-й армии, где оборонялась 284-я СД с приданными частями. 3. Генерал Лизюков и его армия. События 6 - 17 июля 1942-го и попытка контрудара 5-й ТА. 4. Последнее сражение генерала Лизюкова. События 21-23 июля 1942-го, новая попытка советского контрнаступления и гибель советского генерала. 5. Тайна гибели генерала Лизюкова. Первая половина по сути повторяет местами книгу №4, потом идет выяснение обстоятельств расследования смерти генерала и всех послевоенных споров, вплоть до нашего времени.
Мне известно, что у автора готово еще три книги по событиям на этом участке фронта, которые ждут своего спонсора и издателя. Будем ждать публикации, это в высшей степени литературно написанные, качественные и дотошные исследования белых пятен лета 1942-го года.
20 понравилось
