Цитаты из книги Quelque chose à te dire

Любовь никогда не давала гарантию от страданий...

Искусство, конечно, не утешает, но совершенно точно поддерживает

Выбор партнера - это всегда политика.

Сюжеты следует искать в себе, а не вовне.

Литература для неё – приключение. Писатель проживает это приключение как первооткрыватель, с фонариком в руках, в отличие от читателя, который следует по его следам.

«Снять с вешалки платье от Армани из креп-сатина. Расстегнуть молнию и надеть платье, отрегулировать крючки. Полюбоваться, как прекрасно ложится ткань. Как выгодно смотрится декольте. Разделить с Беатрис Бланди все. Ее мужчину, ее квартиру, ее шмотки; почему бы и нет? Эльза смотрела на новое отражение в зеркале. Да, выглядит она в новом образе очень даже ничего».

Прав был Бодлер. Косметика служит только красоте. Но усугубляет уродство. Умножает его.

Первый округ Парижа. Лувр, площадь Вандом, Пале-Рояль. Центр мира. Здесь правда живут люди, не только Джоконда

Дневник, в отличие от романа, пишется не для того, чтобы его читали. Он служит средством разобраться в себе. Облечь хаос в слова.

Может ли встреча двух людей обернуться похищением, постепенным исчезновением "я"?

- А вы, Беатрис Бланди, что вы знаете о любви? Беатрис внимательно смотрит на журналиста своим космическим взглядом.

• То же, что и вы!
• Значит, любовь для всех одинакова?
• Это чувство! Мы же все что-то чувствуем! Это позволяет нам понимать друг друга! Мы смотрим кино, читаем романы и узнаем в них себя...

Дневник, в отличие от романа, пишется не для того, чтобы его читали.

Это она любила больше всего: не говорить о книге, а позволить книге говорить самой за себя.

– А как насчет завтрака в постель, вам такое нравится?

– Кошмар какой! Мужчины вечно предлагают это женщинам: «Дорогая, принести тебе кофе?» Всю неделю они и палец о палец дома не ударят, а в воскресенье пытаются наверстать упущенное. Если бы я был женщиной, я бы сказал: «Vaffanculo»*.

*иди в жопу (ит).

«Слушай, если сорокалетние женщины будут встречаться с шестидесятилетними мужчинами, пятидесятилетние с семидесятилетними, то нашим матерям кто достанется? Трупы?»

Эльза взяла себя в руки. Она напишет новые романы. Беатрис вдохнула в нее силу, мощь. Беатрис и все те книги, что Эльза прочла до нее. Все они пустили в ней корни, сделали ее той, кем она стала сегодня, и этого никто не может у нее отнять