— Да, мы - черви в сравнении с божественной мощью. Не нашим слабым умом постичь замыслы властителей порядка. Но одно можно сказать наверняка: худо было бы, если б заповеди у всех были разные. Мы, поларийцы, понимаем друг друга, поскольку говорим на одном языке. Мы
способны торговать друг с другом, поскольку золотой эфес ценится повсюду. Мы все признаём власть императора и Великих Домов - потому
мир не тонет в кровавой смуте. Если бы вместо лордов страной правили актёры, это была бы глупая страна, но она могла бы жить. Но если б одни подчинялись актёру, другие сапожнику, а третьи - банкиру - все перебили бы друг друга.

Лаура затаила дыхание. Кажется, она догадалась, о чём говорил приарх, но догадка была слишком смелой. Если Лаура ошибочно выскажет её, то вызовет ярость. Но если не выскажет - покажется глупой, а глупость - худший порок для агатовца…
— Вы говорите о том, что содержание заповедей не так важно, как их
единство? Одинаковая вера, какой бы она ни была, сплачивает людей?

Галлард медленно кивнул:
— Именно так, юная леди. Стремясь погубить нас, Тёмный Идо сеет раздор. А спасти смертных может только тот, кому хватит силы объединить их и уничтожить распри.
— Но простите, ваша светлость… Видимо, я неверно поняла… Будь добр к слабым, говорит заповедь. Как же боги могли объединить людей
силой? Разве насилие - это добро?
— Конечно, добро, если служит единству. Если ваши дети подерутся меж собой, вы разнимете их силой или позволите колотить друг друга? Если на псарне появится бешеный пёс, вы прикончите его или подождёте, пока он загрызёт остальных?