Цитаты из книги オリエント急行殺人事件

Философия подразумевает отстраненное отношение к жизни, а у меня все гораздо проще – я научилась не тратить нервы и силы на бесполезные эмоции

Мне кажется, что в жизни люди теряют массу времени только из-за того, что не хотят сказать правду. Они предпочитают ходить вокруг да около, вместо того чтобы прямо перейти к делу.

Достойного мужчину может погубить любовь к недостойной женщине - хотя случается, что она его, наоборот, возносит. А вот недостойного мужчину вполне может погубить любовь к достойной женщине

Высокая женщина в мужской одежде будет выглядеть невысокой.

Глупости, дитя мое. Ни один мужчина не будет доволен, если чего-нибудь не выпьет за едой.

Я знаю, что достойного мужчину может по- губить любовь к недостойной женщине хоти случается, что она его, наоборот, возносит. А вот недостойного мужчину вполне может погубить любовь к достойной женщине.

"Мужчина не в состоянии добиться только одного - он не в состоянии заставить женщину следовать голосу разума.Так или иначе, но у них нет никакого рассудка. Даже если речь идет о женском инстинкте; всему миру известно, что женщина это самая легкая цель для любого афериста. Ни оз на из десяти женшин не сможет различить мошен ника, если встретит его, они легко пойдут за лю бым смазливым идиотом с хорошо падвешенным языком."

Мужчина, когда притворяется, что влюблен, старается быть веселым, галантным, оказывает всяческое внимание. Но если он влюблен по-настоящему, он похож на овцу.

- А психологию надо уважать. На преступлении стоит автограф, и этот автограф принадлежит не полковнику Арбэтноту.  Пойдём дальше.

Вы можете, конечно, полюбить вора, мадемуазель, но не убийцу.

— Очень трудно угодить всем и каждому, – заметил он. – Англичане – они вообще любители все открывать, а вот другие – те плотно все закрывают.

- Ложь, кругом одна ложь.

теперь нам прийдется включить наши мозги.

- Вы читаете мои мысли, мадемуазель. - Ваши мысли? Не думаю. Ваши мысли принадлежат вам, и никому больше.

"А вы наглец", - ясно говорил ее взгляд.

Мсье Бук не так учтиво, как энергично подхватил бесчувственную даму и посадил, переложив ее голову со своей груди на стол.

- Я сделала госпоже массаж, потом читала ей вслух. Я не очень хорошо читаю вслух, но ее сиятельство говорит, что это даже лучше: так она быстрей засыпает.

- Вы типичная англичанка, мадемуазель. Вам чужды волнения. Она улыбнулась: - Боюсь, что не смогу закатить истерику, чтобы доказать вам, какая я чувствительная.

На девушке был черный костюм и лиловато-серая блузка. Тщательно уложенная – волосок к волоску – прическа. И движения у нее были такие же продуманные, как прическа.

- Извините меня, мсье, - сказала она, - но не откажите сообщить мне ваше имя. Ваше лицо мне знакомо. - Эркюль Пуаро к вашим услугам, мадам. Она замолчала. - Эркюль Пуаро, - сказала она наконец. – Теперь я вспомнила. Это судьба, - и двинулась к двери, держалась она очень прямо, хотя видно было, что ходит она с трудом.

- … "Входите!" – кричу и включаю свет. Так вот, хотите верьте, хотите нет, а в купе ни души! Миссис Хаббард явно считала этот момент драматической кульминацией своего рассказа, а отнюдь не развязкой, как остальные.