Преступление лорда Артура Сэвила

Взаимные иллюзии - вот лучшая основа для брака.

- Бережливость - прекрасное качество, - удовлетворенно проговорила герцогиня. - Когда я вышла за Пейзли, у него было одиннадцать замков и ни одного дома, пригодного для жизни.

- А теперь у него двенадцать домов и ни одного замка! - отозвалась леди Уиндермир.

- Женщина без милых ошибок - это не женщина, а особа женского пола.

Хорошо актерам! Они выбирают, что играть, - трагедию или комедию, сами решают, страдать им или веселиться, лить слезы или хохотать. Но в жизни все не так. В большинстве своем мужчины и женщины вынуждены играть роли, для которых они совсем не подходят. Наши Гильденстерны играют Гамлета, а наши Гамлеты паясничают, как принц Хэл. Весь мир - театр, но спектакль выходит скверный, ибо роли распределены из рук вон плохо.

Женщина без милых ошибок - это не женщина, а особа женского пола.

Английские сыщики - наши лучшие друзья: благодаря их тупости мы делаем все, что хотим.

Весь мир — театр, но спектакль выходит скверный, ибо роли распределены из рук вон плохо.

Могу я спросить, о ком идет речь? Если это кто-нибудь из Скотланд-Ярда или человек, связанный с полицией, я, к сожалению, ничем не смогу вам помочь. Английские сыщики — наши лучшие друзья: благодаря их тупости мы делаем все, что хотим. Не могу вам уступить ни одного из них.

Взаимные иллюзии -- вот лучшая основа для брака

Нет-нет, я не цинична, просто у меня есть опыт - впрочем, это одно и то же.

В большинстве своем мужчины и женщины вынуждены играть роли, для которых они совсем не подходят.

-- Сюда, мистер Поджерс. Я хочу, чтобы вы погадали герцогине Пейсли. Герцогиня, вам придется снять перчатку. Нет, не эту, другую.
-- Право, Глэдис, это не вполне прилично, проговорила герцогиня, нехотя расстегивая отнюдь не новую лайковую перчатку.
-- Все, что интересно, не вполне прилично, - парировала леди Уиндермир. -- On a fait le monde ainsi [так уж устроен мир (фр.)].

Хорошо актерам! Они выбирают, что играть, — трагедию или комедию, сами решают, страдать им или веселиться, лить слезы или хохотать. Но в жизни все не так. В большинстве своем мужчины и женщины вынуждены играть роли, для которых они совсем не подходят. Наши Гильденстерны играют Гамлета, а наши Гамлеты паясничают, как принц Хэл. Весь мир — сцена, но спектакль выходит скверный, ибо роли распределены из рук вон плохо.

По-моему, каждый должен ходить к хироманту хотя бы раз в месяц, чтобы знать, что ему можно и чего нельзя. Потом мы, конечно, делаем все наоборот, но как приятно знать о последствиях заранее!

Горы овощей сверкали, как россыпи нефрита на фоне утренней зари, как зеленый нефрит на фоне нежных лепестков роскошной розы.

Опрометчивость и легкомысленность чаще всего почитают за невинность.

Я работаю не ради денег, я живу исключительно ради своего искусства.

Искусство изначально апеллирует не к интеллекту и не к чувству, но исключительно к художественному инстинкту, и Уэйнрайт не устает повторять, что этот инстинкт, этот, как он говорил, "вкус", неосознанно совершенствующийся благодаря постоянному общению с лучшим, что созданно художественным гением, в конце концов становится порукой верности суждений.

Чем более пытаешься понять людей, тем стремительнее исчезают причины этим заниматься. Раньше или позже упрешься в эту кошмарную универсалию, именуемую человеческой природой.