Темная Башня

- Иногда мне кажется, что нам жилось бы гораздо лучше, - подал голос Эдди, - если бы все люди, желающие добра, забились бы в какие-нибудь норы, да там и сдохли.

Cмeх, кaк пoтoм oтмeтилa Cюзaннa, чтo урaгaн: дocтигнув oпрeдeлeннoгo урoвня, oн выхoдит в рeжим сaмoпoдпитывaния и caмoпoддeрживaния. Ты cмeeшьcя нe пoтoму, чтo шутки зaбaвныe, нo пoтoму, чтo зaбaвным cтaнoвитcя твoe cocтoяниe.

Он давно уже понял, что легче всего уходить не оглядываясь.

Смех, что ураган: достигнув определенного уровня, он выходит на режим самоподпитывания и самоподдерживания. Ты смеешься не потому, что шутки забавные, но потому, что забавным становится твое состояние.

Теперь мы близки к нашей цели, чтобы ни говорили нам эти часы. Но мой учитель, Ванни, бывало, говорил, что есть только одно правило без исключений: перед победой идет искушение. И чем величественнее победа, которую предстоит одержать, тем сильнее искушение, перед которым надо устоять.

Тот, кто считает, что вooбражение не может его убить, - дурак.

-Я говорил себе, что никогда не буду курить, - признался он Динки.- Никогда в жизни. И вот стою с сигаретой в руке, - он рассмеялся. Горько и невесело, взрослым смехом, от которого по его телу пробежала дрожь.
-Прежде чем попасть сюда, я работал на одного парня, - ответил Динки. – Его звали мистер Шарптон. Так он говорил, что никогда – то самое слово, которое слушает Бог, если хочет посмеяться.

Самообман — не более чем замаскированная гордость, оправдание, которое следует отвергнуть.

— Жизнь — видимость, любовь — колдовство. Возможно, мы встретимся вновь, на пустоши в конце тропы.

Ты износишь сотню пар сапог на пути в ад.