Цитаты из книги Манюня

— Вот этими руками, — кричала Ба, — вот этими руками, сына, я тебя родила! Вот этими многострадальными руками я ежеминутно подмывала твою попу, а какал и писал ты, скажу я тебе, как проклятый! Да и ел как прорва! Вот этими руками с утра и до ночи, не разгибая спины, я стирала твои пеленки-распашонки. Под каким девизом прошла вся моя жизнь, спрашиваю я тебя? Под девизом «накорми-обстирай-выучи сына»! А чем ты мне за это платишь? Черной неблагодарностью, вот чем!

сестра решила скрасить томительные минуты ожидания очередным актом вандализма и крест-накрест раскроила водительское сиденье папиной «копейки». Консервным ножом. «Хотелось узнать — пружины там или опилки»

Партийцем был идейным, свято верил в победу коммунизма и обладал славой кристально честного человека

Акт 2. Папа учит маму плавать или как надо правильно топить свою жену.

- Замуж ее надо во Владивосток выдавать, - качала головой Ба, - а то в наших широтах ни одна свекровь не согласится на такую невестку.

В искусстве делать комплимента папа мог дать форме только саперной лопатке. Или другому брутальному инструменту, предназначение которого - колоть и рубить.

О том, как, невзирая на чудовищный дефицит и всевозможные ограничения, люди умудрялись жить и радоваться жизни.

— Глан­ды уда­ли­ли, ко­гда мне было три года. А точ­ку… Ну вот же она, — ткну­ла я паль­цем куда-то себе глу­бо­ко в глот­ку, и меня чуть не вы­вер­ну­ло: — Буэ! — Буэ, — с го­тов­ность от­клик­ну­лась Мань­ка.

Олег молчит и улы­ба­ет­ся. Он пре­кра­сен, как не­же­на­тый трон­ный принц в од­ном от­дель­но взя­том ска­зоч­ном ко­ро­лев­стве.

За всю свою охот­ни­чью ка­рье­ру отец убил одну мел­ко­га­ба­рит­ную во­ро­ну, и то по­то­му, что она зло­ве­ще кар­ка­ла над на­ши­ми горе-охот­ни­ка­ми, ко­гда те пы­та­лись куль­тур­но от­дох­нуть по­сле трех­ча­со­во­го без­ре­зуль­тат­но­го про­че­сы­ва­ния ле­са. — Она кар­ка­ла и кар­ка­ла, ну я и вы­стре­лил на­угад, что­бы по­пу­гать ее, — рас­ска­зы­вал по­том отец, — а во­ро­на возь­ми и сва­лись нам на го­ло­ву!

— Роза на кон­си­ли­у­ме у со­се­дей, — фырк­нул дядя Миша, — ка­ждый час бе­га­ет к ним со­ве­то­вать­ся. — Это у ка­ких со­се­дей, у Ша­а­пу­ни, у ко­то­рых дочь пе­ди­атр? — Нет, у Га­за­ро­вых, у ко­то­рых сын ве­те­ри­нар.

— Во шур­шит! — про­шеп­та­ла мне Ма­ня. — Чего шур­шит? — не по­ня­ла я. — Ну, папа ей се­го­дня ска­зал: мам, ты там по­шур­ши на кух­не, ве­че­ром к нам Па­вел зай­дет. Вишь, как шур­шит, — над Ма­ни­ным лбом кри­вень­ким иро­ке­зом раз­ве­ва­лась не­по­кор­ная чел­ка, — она обе­ща­ла еще пахла­ву к ве­че­ру на­шур­шать, чув­ству­ешь, как оре­ха­ми пах­нет?

-"Родные мои, наши овощи будут вас кормить"-это припев,ну ты поняла,да?Как тебе песня?-спросила Манька -Шикиблеск

Он приносил нам на большом листе лопуха горсть лесных ягод, орешков или грибов, которые мы потом запекали на решетке. Рассказать, как? Нужно было отделить аккуратно шляпку гриба от ножки, положить в каждую шляпку кусочек домашнего масла, чуть посолить и запечь на углях. Грибы подергивались дымным запахом костра, масло скворчало и впитывалось в мякоть, ммм, такая получалась вкуснотища!!!

Это большая разница, какие мысли крутятся у тебя в голове, когда ты занимаешься уборкой. Потому что если, например, тебе надо сейчас полы протереть, а на обед сегодня тушеные овощи или, не дай бог, луковый суп — то это, конечно, большое и даже неподъемное горе. И совсем другое дело, когда ты знаешь, что через две недели тебе улетать! На самолете! В Адлер!!!

Разбуди любую из моих сестер глубокой ночью, и на вопрос: «Чего тебе хочется больше всего на свете?» — она бы ответила: «Принцессиного платья». Все, кроме Каринки. Каринка, в отличие от остальных девочек, мечтала о мотоцикле, чтобы он громко делал «дрыннн-дрыннн-дрыннн», и о ружье как у Гойко Митича из фильма «Чингачгук — Большой Змей».

Потому что, скажите на милость, как можно есть запеченную до хрустящей корочки утку, если она подается без норшараба? Или севанский ишхан, если его не полили кисленьким ткемали? И может ли считаться «правильной» новогодняя толма, если ее фарш не облагородили щепотью-другой хмели-сунели?

— На то они и чашки, чтобы их бить, — улыбнулся мсье Карапет и этим завоевал наши девичьи сердца безоговорочно и навсегда.