Коллекционер

Ненавижу тех, кого Ч.В. называет "новыми людьми", этих нуворишей, выскочек с их машинами, деньгами, телеками; ненавижу их тупую вульгарность и пресмыкательство перед старыми буржуазными семьями и рабское стремление им подражать.

Ведь я победила - я должна прощать.

Ужасно: мы обе слишком многое видим. И понимаем. Ничего не можем с этим поделать. Минни еще всегда говорит, я убеждена в том-то, я поступлю так-то. И еще - надо, чтобы это был человек по крайней мере равный тебе по духу, способный видеть и понимать все не хуже тебя. А физиология должна быть на втором месте, это не главное. И я втайне боюсь, что у нас в семье будет одной старой девой больше. Все это слишком сложно, не вмещается в застывшие схемы.

Раньше я думала, это сидит в нем. Глубоко запрятанное, подавленное, но сидит.
Теперь я так не думаю. Не думаю, что это запрятано. Ему просто нечего прятать, нечего подавлять.

Жизнь - это что-то вроде шутки, глупо воспринимать ее всерьез.

На случай. когда господин даёт пахарю почувствовать своё неудовольствие, крестьяне придумали присловье: "Никогда не полагайся на любовь могущественного человека".

Провал сексуального приключения - вещи вполне тривиальная, всего лишь часть жизненной комедии под названием "взаимоотношения полов!.

-Мне представляется, что необыкновенная честность вашего подхода к себе самой довольно опасна. Надо оставить немного места и для интуиции.
-Ну, я ведь - единственный ребенок в семье. Не с кем себя сравнивать. Воспринимаешь ровесников совершенно неадекватно.

Я почувствовала, что наш нынешний век — век притворства и мистификаций.

Даже если полсотни честных и заслуженных людей, более лучших, чем меня окружают, побожились, что вы не сбежите, я б им ни за что не поверил.
Никому в мире не поверил бы.

Все напрасно. Все впустую.
Чем старше мир, тем это очевиднее.
Атомная бомба и пытки в Алжире, умирающие от голода дети в Конго.
Тьмя растет и расползается.
Все больше страданий.
Все больше страдающих.
И все напрасно.

Это поразительно.
Что я смогла сделать такое.
Что случилось то, что случилось.
Что он - такой, как есть.
Что я - такая как есть.
Что все осталось так, как есть.
Даже еще хуже.

Любовь, какой бы она ни была - прекрасна. Даже если это только взаимное влечение.

Люблю жизнь взахлеб.
Люблю все, что противоположно пасссивному наблюдательству, омертвению души.

В этих снах наяву о жизни с ним сначало все полно нежности и благоразумия, но я знаю, на самом деле так быть не может.
Будет страсть и неистовство.
Ревность.
Отчаяние.
Горечь.
Что-то во мне погибнет.
В нем тоже.

Из "Бедный Коко"
Я хорошо знаком с довольно похожими молодыми людьми на периферии литературного мира. Им обычно тоже нечего предложить кроме напускной эмансипированности, своей якобы бесклассовости, а поэтому они цепляются за них с пугающей свирепостью.

Из "Бедный Коко"
... Лондон, отвратительный новый Лондон, видимо твердо решивший обезьянничать на Нью-Йорк

Из "Бедный Коко"
... а привидения с непонятным равнодушием к собственным интересам словно бы упорно не желают являться скептикам вроде меня.

... сегодня ты пишешь, чтобы продемонстрировать интеллект, ради воплощения теорий. Не ради людей и - что хуже всего - не ради себя самого.

Секрет старого Генри раскрыт: он никогда не допускал никаких преград между собственным "я" и его выражением;