Цитаты из книги Емоційний інтелект у дитини

Ниже я расскажу о пяти ступенях эмоционального воспитания, о тех шагах, которые родители делают, чтобы установить эмпатию в отношениях со своими детьми и повысить их эмоциональный интеллект. Итак, вам нужно:
1) – понять эмоцию ребенка;
2) – отнестись к эмоции как к возможности для сближения и обучения;
3) – сочувственно выслушать ребенка и подтвердить обоснованность его чувств;
4) – помочь ребенку правильно назвать свои эмоции;
5) – обозначить пределы переживаний, одновременно помогая решить проблему.

Мы не хотим, чтобы они [дети] выросли ленивыми, безвольными, агрессивными, глупыми, трусливыми и лживыми. Но мы также не хотим, чтобы эти недостатки стали характеристиками, с помощью которых наши дети себя идентифицируют. Как решить эту проблему? Ответ прост: не критиковать черты личности своего ребенка. Поправляя детей, сосредоточьтесь на том событии, которое произошло в их жизни здесь и сейчас. Вместо того чтобы говорить: «Ты такой небрежный, вечно у тебя беспорядок», скажите: «Твои игрушки разбросаны по всей комнате». Вместо того чтобы сказать: «Ты так медленно читаешь», скажите: «Если ты будешь читать по тридцать минут каждый вечер, то вскоре начнешь делать это значительно лучше». Вместо: «Не будь таким застенчивым» произнесите: «Если ты скажешь громче, то официантка сможет тебя услышать».

Многие родители с неодобрением относятся к слезам своих детей, так как видят в них форму манипуляции. Говоря словами одной из участниц нашего исследования: «Каждый раз, когда моя дочь плачет и надувает губы, она делает это, чтобы обратить на себя внимание». Подобное восприятие детских слез или истерики превращает эмоциональные ситуации в борьбу за власть. Родители могут думать: «Мой ребенок плачет, потому что он чего-то от меня хочет, и я должен это прекратить или мне придется смириться с еще более частым плачем, вспышками гнева и мрачностью». Родителям кажется, что их загоняют в угол или пытаются шантажировать, поэтому они отвечают гневом и наказанием.

Женщины критикуют своих супругов чаще, чем мужчины. Отчасти потому, что женщины, кажется, видят в этом свое назначение – выносить супружеские проблемы на свет. И наоборот, мужчины вступают в конфликт, только когда у них не остается другого выхода. Это неудачное сочетание, так как критика жены зачастую является результатом отсутствия реакции мужа на ее гнев и раздражение. Если жена жалуется, а муж не реагирует, ее гнев неизбежно перерастает в критику. Мужья могут предотвратить эту ситуацию, рассматривая гнев своих жен в качестве ресурса для улучшения брака. Если женщина злится, она просто излагает свою жалобу «курсивом»; мужьям же важно принять и ответить на гнев своих жен прежде, чем он перерастет в критику.

Я не говорю, что требовать от детей послушания и сотрудничества плохо. Для безопасности и здоровья детей – и душевного равновесия родителей – дети не должны командовать в доме. Но я не раз наблюдал, как родители увеличивают бессилие своих детей, игнорируя их самые простые предпочтения и запросы. Как правило, они делают это не со зла – скорее, в результате постоянного стресса и спешки. («Нет, я не разрешаю тебе рисовать красками. Мы только что все убрали, и сейчас на это нет времени!») К сожалению, для многих детей требование сотрудничества означает, что их желания и предпочтения игнорируются. Некоторые дети не имеют возможности сделать даже минимальный выбор – например, решить, что надеть, что съесть или на что потратить свободное время. Многие из них вырастают лишенными собственных симпатий и антипатий. У кого-то из них вообще нет возможности научиться делать выбор. Все это не позволяет ребенку действовать ответственно.

... Софи, женщина, с которой я познакомился в нашей родительской группе. Ее родители были алкоголиками, поэтому она страдала от низкой самооценки, что типично для людей из таких семей. Глубоко религиозная Софи вырастила в себе убеждение, что она может подняться над собственным уровнем воспитания и стать хорошим родителем через мученичество и бесконечную доброту. Однако постоянное самоотречение часто вынуждало ее бороться с чувствами обиды и разочарования. Она пыталась подавить эти эмоции, упрекая себя в эгоизме, но не могла полностью искоренить свои «эгоистичные» чувства. Иногда в состоянии стресса она выходила из себя, становясь необычайно резкой со своими детьми и назначая им несоразмерные их проступкам наказания. «Я понимаю, что мои истерики плохо на них сказываются, – говорит она, – но я не знаю, как остановиться. Я чувствую себя так, словно у меня две стороны – злая и добрая – и я не могу контролировать переключение между ними». Софи пришла ко мне на консультацию после того, как у ее сына в школе начались неприятности из-за вспыльчивого характера. Только тогда она начала осознавать, какой вред ее отношение к эмоциям наносит детям. Постоянно отрицая свои чувства, она не научила детей справляться с такими распространенными отрицательными эмоциями, как гнев, обида и ревность. Изменения дались ей нелегко: пришлось научиться сознательно сосредоточиваться на мыслях и чувствах, которые она ранее считала эгоистичными, «нарциссическими» и даже грешными. Теперь она может позаботиться о своих чувствах, прежде чем они одержат верх и она выйдет из себя. Кроме того, Софи начала понимать, что контакт с собственными негативными чувствами позволяет ей лучше помогать детям, когда они сердятся, грустят или боятся. «Это как в инструкции по технике безопасности в самолете, – объясняет она. – Сначала вы должны надеть кислородную маску себе и только потом своему ребенку».