Цитаты из книги Козетта

Работа - закон; кто отказывается от неё, видя в ней скуку, узнает её как мучительно наказание.

Отрицать волю бесконечности, то есть волю бога, возможно лишь при условии отрицания бесконечности.

История- лишь нудная жвачка. Один век бесцеремонно сдирает всё у другого.

В монастыре страдают, чтобы наслаждаться. Выдают вексель, по которому платить должна смерть. Ценой земного мрака покупают лучезарный небесный свет. Принимают ад, как залог райского блаженства. Пострижение в монахи или в монахини – самоубийство, вознаграждаемое вечной жизнью. По-нашему, насмешки тут неуместны. Здесь все серьезно: и добро и зло. Человек справедливый нахмурится, но никогда не позволит себе язвительной улыбки.

Сколько раз в этом бою он выпрямлялся, удерживаясь за скалу, хватаясь за софизм, попирая ногами свою совесть, сколько раз влачился во прахе, сам поверженный ею наземь. Сколько раз, после какой-нибудь хитрой уловки, после вероломного и лицемерного довода, подсказанного эгоизмом, он слышал над ухом голос разгневанной совести: «Это нечестный прием, негодяй!»

Спор – хорошая вещь, но ссора лучше.

Умный человек довольствуется малым. Взгляни на меня, сын мой. Я не люблю роскоши. Я никогда не ношу ни золота, ни драгоценных камней; этот ложный блеск я предоставлю людям малоразвитым.

Мужественная душа маленького мальчика отлетела прочь.

Ничего не может быть печальнее, чем вид пустынных улиц при ярком свете.

Монастырь - это противоречие. Цель его - спасение души, средство - жертвы. Монастырь - это высокий эгоизм, имеющий движущей силой высокое самоотречение.

В монастыре страдают, что бы наслаждаться. Ценой земного мрака покупают небесное блаженство.

Пока человек ребенок, Богу угодно, что бы он был невинен.

Смех - то же солнце; он выгоняет зиму с человеческого лица

Одни говорили; «цареубийцы», а другие: «голосовавшие за казнь»; одни говорили: «враги», а другие: «союзники», одни говорили: «Наполеон», а другие: «Буонопарте», и это разделяло людей, словно глубочайшая пропасть.

Если жертва убийцы скрывается, то она более подозрительна, чем сам убийца.

Даже для тех, кто отрицает воплощение божества, – что представляет собой распятие? Убиение праведника.

И он брел в тьме, ощупью находя путь, как слепой или как мечтатель.

Нет ничего неотвратимее невозможного: всегда предвидеть нужно именно непредвиденное