Собрание сочинений в тридцати томах. Том 25. Наш общий друг (Книги третья и четвертая)

…между мной и мистером Роксмитом возникла естественная антипатия и глубокое недоверие, и так просто дело не кончится!

Деньги и имущество, конечно, самая лучшая рекомендация.

Деньги могли бы всё сгладить, потому что я люблю деньги и мне нужны деньги, ужасно нужны! Я ненавижу бедность, а мы унизительно бедны, оскорбительности бедны, бедны до нищеты, до неприличия.

А идиоты ещё толкуют насчёт энергии… Что же мне, выскочить, что ли, на улицу, схватит за шиворот первого встречного богача, встряхнуть его хорошенько и приказать: «Судись немедленно, собака, и нанимай меня в адвокаты, а не то тут же тебе крышка!» А ведь это и есть энергия.

…глядел на корешки книг с живым любопытством, которое относилось не к одним только переплётам.

Едва ли кому вообще может быть приятно, что его приняли за другого…

- (...) нельзя продавать никому и ни за какую цену свое чувство добра и зла, правды и лжи, справедливости и несправедливости.

- Надо только не зарываться, не позволять себе ничего лишнего, вот и будешь жить счастливо. -(Боффин).

Не личность, а двуличность, сэр.

Нечего скрывать от себя, что, как многие, вернее, как почти все люди, — я уклоняюсь от разрешения самых трудных задач, которые задает нам жизнь.