Начнём с названия. Я не понимаю, почему книга называется «Язык кино». Тут скорее подходит «Герменевтика кино». Но книжка настолько попсовая, что целевая аудитория испугается слова «Герменевтика». Ещё и этот дебильный подзаголовок «Как стать продвинутым зрителем».
На первой главе про титры уже начинаешь понимать, что ничего особенного ожидать не стоит. Вторая глава настолько водянистая, что вообще не понятно, на кого это рассчитано и зачем написано. Автор зачем-то пересказывает, как менялась внешность главного героя в «Таксисте». Ну, я не знаю... У меня есть глаза... Я это и так видел.
А ещё! Наберите воздуха в грудь! Морфеус из «Матрицы» — это отсылка к Морфею. Удивительно, да? Ну, Олег Курочкин, ну сорвал покровы. А ещё вы знали... что Энтони Хопкинс в «Молчании ягнят» старался не моргать? Это делает персонажа зловещим. Короче, уровень раздела «Знаете ли вы...» с Кинопоиска.
В третьей главе автор рассказывает, что в кино бывает разное соотношение сторон, и это может быть художественным решением. Я буквально только что пересказал главу 3.1. Чувствуете, как стали продвинутым зрителем?
Впрочем, пара положительных проблесков у книги есть:
1. Мне понравилось прочтение «Тесноты» Кантемира Балагова — через цвета.
2. Мне понравилось частичное прочтение «Джанго освобождённого» Тарантино — через маленькие повествовательные детали.
Однако в целом на половине книги можно отметить предельно постный почерк, отсутствие действительно неожиданных и интересных идей. Всё стерильно и серо. Когда я читал того же Тарантино, мне были абсолютно неинтересны фильмы, о которых он пишет, но мне доставлял его почерк. От него исходила любовь к кино. От Курочкина исходит желание написать попсовую стерильную книжку для недалёкого зрителя.
Автору лучше бы издать сборник полноценных киноразборов, а не пересказывать, как меняется заставка Warner Bros. в «Гарри Поттере».
Глава «Монтаж» начинается с тезиса, после которого сразу понятно, что автор застрял в понимании кино лет на сто. «Монтаж — главная особенность кинематографа, отличающая его от других искусств», — пишет Курочкин.
И почему же монтаж — главная особенность? Без монтажа не будет кино? Будет. Эйзенштейн видел монтаж много где ещё: в поэзии, в живописи, в иероглифах. То есть по Эйзенштейну монтаж не особо отличает кино от других искусств. Но я пойду дальше и скажу, что эйзенштейновский монтажецентричный дискурс давно стух и вообще в корне ошибочен. Движение — вот главная особенность кино. И далеко не одним монтажом оно живёт.
Дальше у Курочкина опять много воды, а затем упоминается «Русский ковчег» — всем известный фильм без монтажа. Для него Курочкин вводит понятие «внутрикадровый монтаж» — и тут же обнаруживает, что «внутрикадровый монтаж» был уже у братьев Люмьер в «Прибытии поезда». Видите ли, приближение поезда — это уже монтаж.
Но это подмена понятий и умножение сущностей без необходимости. Всё это спокойно обозначается словом «движение». Эйзенштейновскому монтажецентризму сто лет. Я понимаю, почему сто лет назад сходили с ума по монтажу: склейки и мультиэкспозиция были мощными выразительными средствами. «Человек с киноаппаратом» Вертова — фундаментальная вещь, и прежде всего из-за ритмичного монтажа. Но сегодня, когда мы имеем «Русский ковчег», продолжать приписывать ему «внутрикадровый монтаж» — маразм.
Кстати, даже в «Человеке с киноаппаратом» есть важные находки по части движения: Вертов катается с киноаппаратом на машине, засовывает его под поезд. В конце концов, он просто снимает механизмы, которые сами по себе двигаются завораживающе. Без режиссёрских и операторских находок на монтаже нечего было бы склеивать. Целое всегда больше своих частей, а ядро целого — движение.
На восьмой главе, почти в конце книги, хочется отметить ещё одно: Курочкин зафиксирован на той области кино, в которой он сам работает, — на художественном игровом кино с бюджетом. Он пишет: «Конечно, любое кино — это коллективный труд».
Нет, господин Курочкин. Кино — это когда человек берёт камеру и снимает. Любое видео — это кино.
«Тише» Косаковского. Видеоблоги Йонаса Мекаса (человек снимал видеодневник в 1960-х). «Отель Монтерей» Шанталь Акерман. «At Sea» Питера Хаттона. Роберт Брир. Стен Брекидж. Это всё у нас выписано из кино, да?
Продвинутый зритель разбирается в «Молчании ягнят» и в «Матрице»? Невероятно продвинутые фильмы. Они, кстати, упоминаются на протяжении всей книги. И вот ещё что: у книги есть подзаголовок «Как стать продвинутым зрителем», но во введении сказано: «В массе своей примеры будут взяты из популярного кинематографа, известного широкому кругу зрителей». По-моему, одно с другим не сочетается.
В заключении: мне понравился разбор фильма «Помутнение». Желаю Курочкину написать книгу, состоящую из полноценных киноразборов, а не пытаться создавать «продвинутого зрителя», будучи сценаристом проходных сериалов и детских мультиков. Посмотрите, над чем работал автор: «Моднюша», «Ёлки 11»... Нет ни одного фильма, где он выступал бы единственным сценаристом. Всё его творчество — соавторство, конъюнктурщина и прилипательство. И этот человек учит вас быть продвинутым зрителем.
Выбирайте учителей поинтереснее.
Книге ставлю 1 из 5.
40 понравилось
